Книга Хозяйка розового замка, страница 86 – Роксана Гедеон

— Что еще такое? — раздался ровный, холодный голос герцога.

Александр чуть повернул голову в мою сторону, и я поразилась — до чего каменным было его лицо. Его что-то мучило. И он никому не желал это показывать. Вот откуда такое ледяное выражение — оно для того, чтобы отпугнуть, оттолкнуть всех непрошеных гостей…

— Разве Гариб не сказал вам, сударыня, что я хочу побыть один?

«Сударыня»… Давным-давно я такого от него не слышала.

— Гариб мне все сказал.

— Так в чем же дело?

— Я хотела бы понять, что происходит. Я… я ведь не чужая вам. Я ваша жена.

— Если вы явились сообщить мне все эти ненужные сведения, то вы явились напрасно. Я никого не хочу видеть сейчас. Черт побери! Уж на это я имею право?!

Я промолчала, но уходить не спешила, хотя и видела, что это единственное, чего он сейчас желает.

— Александр… милый мой… я ведь не препираться пришла. Я хочу помочь вам. Дайте мне хотя бы один шанс!

— Не понимаю, о чем вы говорите.

— Я прошу вас доверять мне. Если вы страдаете, дайте мне возможность вам помочь. Не стоит так бояться показаться слабым. Я так люблю вас. Люблю независимо от того, хорошо вам или плохо…

Он резко повернулся ко мне. Как заострились черты его лица по сравнению со вчерашним вечером… А глаза — они кажутся сейчас просто черными.

— По-моему, — прорычал он, — даже сапожник имеет больше прав, чем я! Его не беспокоят, когда он того не желает! Я не хочу быть груб, сударыня, но как иначе мне заставить вас убраться и дать мне побыть одному хотя бы до вечера?!

Итак, шансов он мне не давал. Эти его слова будто отразили всякую возможность для продолжения разговора. Нет, в этот раз я не почувствовала себя униженной или оскорбленной, как тогда, в Белых Липах. Но мне было горько, меня угнетало ощущение непонимания того, что происходит с моим мужем. Его сейчас что-то мучило — это я видела. И он сам заставил меня стоять в стороне, безучастно выжидать, когда все это закончится!

— Хозяин прогнал вас? — шепотом спросил Гариб, когда я тихо прикрыла за собой дверь.

Я нерешительно взглянула на индуса. Мне все еще никак не удавалось принять решение. Что делать? Почему Александр так упорно не желает сблизиться?

— Гариб, расскажи мне, отчего все это происходит.

— А хозяину это понравится?

— Не знаю. Но ты должен рассказать.

— Это все в Индии началось, в плену у майсурского раджи, госпожа…

Гариб сказал, что время от времени, примерно раз в полгода герцог переживает приступы мучительной головной боли — приступы настолько жестокие, что никакие лекарства не могут помочь. Бывали случаи, когда он терял сознание или принимал морфий, чтобы забыться. В последние два года такого не происходило, но все равно это очень мучительно. Только Бог тут может помочь.

Во время кошмарного плена у майсурского раджи Типу Султана и Александра, и Поля Алэна мучили по-всякому, но особая пытка применялась только к Александру и дает о себе знать и сейчас. Это был изощренный восточный способ узнать правду: голову человека туго-натуго обвязывают мокрой веревкой, так чтобы даже иглу нельзя было просунуть, — по мере высыхания веревка сжимается, причиняя ужасные мучения. Многие от этого лишались рассудка, а с кем этого не происходило, тот все равно получал напоминание об этом на всю жизнь.