Книга Настоящие бывшие, страница 89 – Любовь Хилинская

— Вот об этом я как раз сейчас и хотел сказать, — внезапно смутился Левонский. — Вчера у вас не только Соломатин ушел, вчера я просил Елизавету вновь стать моей женой.

Кое-кто ахнул, раздались аплодисменты, которые быстро стихли под уничтожающим взглядом главного. Тишина в конференц-зале повисла такая, что упади с головы волос — это можно было б услышать.

— И что вы хотите мне сказать? — нетерепеливо выдохнул Евгений Григорьевич. — Что это по вашей вине Соломатин теперь перешел к конкурентам?

— Нет, — спокойно отозвался Тимофей. — Хочу сказать, что в эту пятницу мы с Лизаветой вновь станем супругами. И попрошу сделать для нас исключение из вашего нового устава. Предлагаю укоротить рабочий день до обеда и сделать фуршет для всех коллег за мой счет.

Как в пятницу? Почему в пятницу? Я не готова! Мамочки!

Лицо Елены Прекрасной пошло пятнами, делая его вовсе не прекрасным. Она вскочила, кинулась к выходу, неловко подвернув ногу на высоченном каблуке, едва не упала, но тут же вылетела из зала, словно пуля, хлопнув дверью с такой силой, что кусок штукатурки отвалился и упал под нарастающие аплодисменты.

Евгений Григорьевич растерял весь свой пыл и стоял, сняв очки и растерянно протирая их, глядя на всех подслеповато и щурясь, словно это он сделал мне предложение и был сейчас донельзя растерян.

— Ну, — начал он неуверенно, — если вы настаиваете, Тимофей Ярославович, если все настолько серьезно у вас с Елизаветой, то я не имею ничего против, конечно.

— Счастья молодым! — крикнул кто-то из молодых ортопедов, а следом прозвучало: — Горько!

Тимофей подхватил меня и звонко поцеловал в губы, пока я ошарашенно хлопала глазами. Подобного аншлага я точно не ожидала. И потом, почему в пятницу? Так быстро. А платье? А мама? А гости?

— Все решим! — будто угадав мои мысли, Тим склонился к моему уху и приобнял за талию. — Коллеги, о времени фуршета сообщим дополнительно. А сейчас давайте продолжим конференцию.

Евгений Григорьевич, будто разом подобрев, провел пятиминутку в обычном режиме, только изредка поглядывал на меня задумчиво, а после проводил взглядом, предложив Левонскому задержаться.

— Ну Лизка, звезда местного масштаба! — Наташа уже в ординаторской хлопнула меня по плечу и засмеялась. — Я думала, ты с Колей, а ты и с Колей и Тимофеем! Роковая ты женщина, мать моя! Значит, в пятницу станешь замужней дамой? А там и в декрет намылишься, поди?

— Господи, Наташа, какой декрет? — простонала я, падая на диванчик и поджимая ноги. — Где я и где декрет?

— Ну, надеюсь, вы не поэтому в пятницу женитесь, да? С Кореи-то как раз две недели прошло. Тест уже положительный должен быть. Ишь ты, вместе они там жили!

— Тьфу на тебя, сводня! — выругалась я. — Пошли работать. Тест у нее положительный! Не беременна я, ясно?

Но после работы, зная, что Тимофей в смене до двадцати часов, зашла в аптеку. Куплю презервативов в запас, раз уж у меня теперь намечается регулярная половая жизнь. Ну и тест заодно, да. Хотя, какой тест? Мы ж там пили как последние алкаши! Особенно я. Я точно не беременна. Я просто не могу быть беременна. Мне сорок лет стукнуло. Мне уже пенсионные баллы надо подсчитывать и дачу присматривать, вдруг к земле потянет. А не вот это вот все.

— Вам один тест? Или парочку разных возьмете, для уверенности? — фармацевт разложила передо мной разноцветные коробочки. — Я б советовала вот эти два, они простые, и вот этот возьмите, он электронный, он показывает, сколько недель. Ну, если хотите, конечно.