Книга Бернаут. Второй раунд, страница 100 – Виктория Побединская

— Почему она должна так ответить? – начал раздражаться он.

Я не стал говорить, что в глубине души даже надеялся на это. Не потому, что не любил своего брата или Лил. Скорее, наоборот. Потому и сомневался, будут ли они в этом браке счастливы.

— Ой, всё, ищи давай!

И мы снова принялись обшаривать все вокруг.

— Хорошо, что ты не доверил ему жизнь, – раздался позади знакомый голос. Я обернулся. Опираясь на стену плечом и сложив на груди руки, у порога стоял Марс. Все еще одетый в экипировку, запыленный и забрызганный рыжей грязью. – Это ищете? – Он кивнул на небольшую полку над холодильником, где рядом с кожаным портмоне стояла маленькая бордовая коробочка. – Удивлен, как вы в этом бардаке друг друга не потеряли.

Брат чертыхнулся, но мне показалось, что выдохнул с облегчением. Впрочем, мы оба.

— И тебе привет, Андраде, – не то сдавленно, не то обреченно произнес он. Как будто сожалея, что ничего в этом мире не меняется. Земля скорее закрутится в другую сторону, чем получится отделить нас всех друг от друга.

Он протянул руку, щелкнул крышкой коробки и, кивнув, засунул ее в карман пиджака.

— Я буду в машине! – произнес Лаклан. – Давай быстрее! Пока ты одеваешься, я сам наберу Жак.

Я благодарно кивнул.

Лаклан ушел, а я, склонившись к зеркалу над раковиной, еще раз осмотрел лицо и шею, чтобы убедиться, что всю грязь отмыл.

— Был крайне удивлен, когда увидел тебя здесь, – сказал Марс.

Я поймал в зеркале его ироничный взгляд.

С тех пор как меня депортировали из страны, мы ни разу не разговаривали, не звонили и не писали друг другу, а теперь он стоял здесь, в Канаде, у входа в нашу с Лакланом раздевалку. После первой из гонок теперь уже чемпионата в Ванкувере.

— Здесь – это где? В Канаде? – саркастично уточнил я, вытирая полотенцем лицо. – Действительно странно. Вот так совпадение.

Отбросив полотенце в сторону, я застегнул рубашку и потянулся за галстуком.

— Здесь – в суперкроссе, – уточнил Марс, покачав головой, как будто и так не было ясно, о чем он.

Я понимал.

— Это решение – результат технически сложных переговоров и торга не на жизнь, а на смерть с моим врачом и девушкой.

— Подкаблучник, – медленно произнес Марс.

— Ой, да пошел ты в задницу.

«Лили просила прибыть пораньше, так что я выезжаю, – написал Лаклан. – Постараюсь угомонить всех там до твоего приезда. И не переживай, я еще раз проверил: кольца у меня».

Если бы он же не потерял их десять минут назад, я был бы ему еще больше благодарен.

— А ты, Марс? – поддел я не без явного удовольствия. – Решил на старости лет вернуться?

Мне всегда нравилось его дразнить, да и кому я вру? Конечно же, я заметил его фамилию еще до официального старта соревнований и как никогда был рад увидеть ее в общем списке.

— Ну, не на старости, допустим, – лениво произнес Марс, проходя внутрь и осматриваясь. – Как минимум пару лет еще поборемся.

— Обязательно, Марсель, – ответил я. – Обязательно.

— К тому же публика ждет. Глупо лишать ее удовольствия.

— Всё ради шоу! – подтвердил я. – Иначе ради чего это все, верно?

Марс кивнул. Мы замерли друг напротив друга. Как в старые добрые времена. Каждый, кто наблюдал нас на треке, говорил, что мы созданы для того, чтобы соперничать. Два спортсмена, два лидера, единственные из своего поколения настолько выделяющиеся из толпы, что людям казалось: для нас не существует границ, пределов высоты и скорости. Но никто из них не знал, чего нам это стоило. Никто, кроме нас самих.