Книга Фантом, страница 48 – Виктория Побединская

Если Ник мастерски умеет выводить из себя одним присутствием, Джессу хватает всего лишь взгляда. Терпеть одного Лаванта, с которым ты на ножах, сложно, но возможно. Умноженные же на два, братья превращаются в жутко невыносимый коктейль.

Если после знакомства с первым я разжилась минимум парой прозвищ, то в случайно брошенных Джессом фразах уже научилась отчетливо читать весь диапазон придирок, начиная с классических тычков вроде «от тебя никакой помощи», «не разбрасывай вещи, Виола», «ладно, сделаем вид, что ты меня понимаешь», и заканчивая намекающими «мечтаешь вернуться домой, Виола?» или «к сожалению, в твоем случае это семейное». От этих мелких пакостей, которые кроме меня никто не замечал, так и хотелось вмазать ему промеж бровей, но я лишь выдавливала улыбку, будто это был комплимент, и молча покидала комнату.

На этот раз глядя Джессу в глаза, я изображаю нескрываемое презрение.

— Как только смогу, накину на радостях, — цедит Ник и, опираясь на стену, оборачивается, а я не успеваю сменить выражение лица. Он на секунду застывает. В его взгляде нет колкой враждебности. Скорее недоумение и растерянность. — Кажется, тебе тоже не помешает выпить, — добавляет он.

Дверь распахивается, и на пороге появляется Арт. Следом за ним высится Шон. Никто почему-то не входит, и парни застывают в дверях, словно пробка в бутылочном горлышке. Ни туда, ни обратно.

Их удивление свистит из каждой щели, оно и понятно. Ник сам стоит. Пусть и опираясь на стену, но стоит. Это ли не чудо?

Все молчат, пока Арт не выскакивает вперед, демонстрируя широкую улыбку:

— Вид у тебя ну полное дерьмо! — заявляет он. Углы губ Ника словно против воли тянутся наверх, и его улыбка удивительна настолько же, насколько слова Кавано нелепы. Все моментально выходят из ступора.

Артур в дружеском полуобъятьи похлопывает друга по плечу.

— Бинты! — шипит Ник и, когда тот отпускает, со вздохом облегчения прислоняется обратно.

— Рад, что ты снова в строю, — перенимает эстафету самых нелепых в мире приветствий Шон и делает шаг вперед, но Ник предупредительно выставляет руку и тут же морщится. Видимо, двигать любыми частями тела ему пока слишком больно.

— Прости, прости, — отодвигается подальше Шон, тут же натыкаясь спиной на Рейвен. Когда она вошла, я даже не заметила. Эта комнатушка явно не рассчитана вмещать столько людей.

— Ты раздавишь меня, идиот, — шипит позади него девушка. Шон резко оборачивается, пытаясь ее придержать, но Рейвен, вырвав локоть из его широких ладоней, тут же спешит встать подальше.

Мне остается только мило улыбнуться, пока брат хозяина комнаты, сложив руки на груди, следит за происходящим, словно хищная птица.

— Быстро же ты поднялся, — говорит Артур, вставая со мной рядом.

— Мне помогали, — отвечает Ник. Одна из его темных бровей приподнимается, а губ касается призрак кривой ухмылки. — Когда-то же надо учиться принимать помощь, — добавляет он.

Внутри меня все вздрагивает от этих слов. Именно их я сказала в ту ночь, когда Ник бился в горячке. Я опускаю взгляд.

— Итак, раз все в норме, живы и готовы наконец действовать, — говорит Рейвен, — каков наш план?

— Переждать здесь, пока Ник не восстановится, — отвечает за всех Арт. — Потом бежать. Бежать по поддельным паспортам в Америку так, чтоб пятки сверкали.