Книга Ржавчина, страница 166 – Виктория Побединская

— Да, – отвечаю я неуверенно.

— Анна… – Это действительно Ив. Но сейчас на фоне не играет громкая музыка, не слышатся голоса. Никто не болтает и не смеется. – Анна, мне плохо. – Ив шепчет. Так тихо, что даже я, привыкшая прислушиваться к собственному голосу, еле могу различить слова.

— Ив, – от нервного напряжения мои связки тут же принимаются протестовать. Я несколько раз выдыхаю, стараясь их расслабить, и пробую снова: – Ив, что случилось? Что-то не так?

Глупый вопрос. Однозначно случилось что-то очень нехорошее.

— Я не могу встать.

Ладони вспотели, и приходится крепче сжать пальцы, чтобы не выронить телефон из рук.

— Ты что-то пила? – на всякий случай уточняю я, тут же себя ругая. Почему это первое, что я могла подумать о подруге? Вдруг ей просто стало нехорошо? Хотя, помня, что раньше у Ив никогда не было проблем со здоровьем, я лишь сильнее опасаюсь ее утвердительного ответа. – Где ты? Скажи мне адрес. Я вызову девять-один-один.

— Нет! – Она начинает плакать. – Никто не должен узнать, Ан. Я не могу.

— Назови адрес. Просто скажи, где ты находишься.

— Не могу! Если мои родители узнают… Нет, пожалуйста. Ничего не говори им.

— Ив! Ив! – прошу я, но она не отвечает. – Просто опиши, что ты видишь.

— Ванну, – всхлипывает она. – Я вижу ванну на ножках.

Ясно, значит, она закрывались в чьей-то уборной. Осталось выяснить, в чьей.

— А Адам, где он? Он может тебе помочь?

Иви начинает плакать, шмыгая носом.

— Все, Ан, я не могу говорить больше. Я не…

А потом отключается.

— Ив! – еще несколько раз шепотом кричу я в трубку, но слышу лишь тишину.

Я сижу так несколько минут, пытаясь понять, что делать дальше. Первая мысль – рассказать родителям. Своим или ее, но потом вспоминаю ее голос, совершенно не похожий на привычный, и тихую просьбу: «Никто не должен узнать»…

Иви не из тех, кто попадает в беду. Она, как Эйприл, скорее сама станет бедой для кого угодно, и поэтому происходящее кажется более чем странным. И где ее парень? Может, он и казался мне заносчивым занудой, но судя по переписке с Ив, их отношения вполне стабильны. Куда он пропал и почему не может помочь ей? Вопросы только множатся, но решение приходит мгновенно: мне нужно ее увидеть.

«Мам, я на выходные к подруге», – отправляю и, закрыв глаза, прижимаю телефон к лицу.

«Хорошо, милая», – приходит через пару минут ответ.

Я снова вставляю ключи в зажигание, понимая: до Нью-Йорка самостоятельно мне не добраться. Мне нужен человек, который не выдаст, но точно сможет помочь. И я вбиваю в навигаторе два слова: «Ржавый город».

Глава 17. Анна

Находиться здесь странно. Это тот самый гараж, где меня закрыли когда-то. Те же сваленные горой бетонные плиты, где Сет, заставляя сидеть у него на коленях, нагло надо мной измывался. Тот же пустырь, что я пересекала, убегая. Казалось, навсегда.

Остановившись, я долгое время не могу решиться. Слишком много чувств это место вызывает. Поэтому сижу, молча глядя на раскрытые гаражные ворота. Если Сол откажется помочь, у меня не останется другого выбора, кроме как обратиться к Тобиасу или родителям. И я не знаю, какой из вариантов пугает больше.

Застегнув куртку, я выхожу из машины и, не давая себя возможности передумать, стучу автомобильным ключом по металлической двери. Внутри горит свет, пахнет машинным маслом, железом и лаком. Вокруг стен разбросаны коробки, запчасти и еще куча всяких мелочей, о предназначении которых я могу лишь догадываться, а посреди на подъемнике приподнят старый «форд фьюжн». Краска на нем выгорела и местами облупилась. Колеса сняты, а части кузова проржавели. Когда я была здесь в тот раз, гараж был пуст.