Книга Ржавчина, страница 177 – Виктория Побединская

Сколько бы между нами ни вырастало штатов и их границ, кажется, что каждая следующая заставляет огонь внутри меня искриться лишь ярче. И я внезапно осознаю, что понимаю Ив. Понимаю, каково это – застрять в отношениях, не имея возможности выбраться.

— Я так скучал, Ань. – Голос его, как выжженная пустыня, но такая знакомая, каждой песчинкой и колючим сорняком. Они до боли родные. – Давай сбежим, а? Уедем отсюда, и плевать на все. На этот город с его глупыми порядками, на наши семьи, вечно делящие что-то между собой. Давай просто любить друг друга? Ведь это так просто.

— Куда? – бездумно спрашиваю я между поцелуями. Хотя это уже не поцелуи вовсе, секс на кончиках губ и языков. Со вкусом безумия, запредельной яркостью, чувственностью и возбуждением, в котором стоит пропустить вдох – чувствами захлебнешься. И эта обманчивая ласка полностью затмевает разум. Так что остается лишь «здесь» и «сейчас».

— Плевать куда! – шепчет Август, возвращая меня обратно – на землю.

— Ты же понимаешь, что так не бывает.

— Не хочу понимать.

— Август, стой, – прошу я, упираясь ладонями в его грудь. Глядя, как пульсирует на шее выступающая венка. – А что дальше?

Он замирает.

— Что будет дальше? – повторяю я. – Так и будем ото всех прятаться? – А потом замечаю логотип команды Университета Мэйсона на его толстовке. – Тебя ведь взяли в команду, верно?

Он осторожно кивает.

— Дали стипендию?

Его губы растягивается в широкой улыбке.

— Полную, Принцесса. Они предложили не только место в команде, но и содержание. Даже форму. – Он качает головой, словно сам не может поверить. – Правда, теперь у меня и по выходным тренировки. Но зато я смогу доучиться. О большем я и мечтать не мог.

— Здорово, – еле слышно выдыхаю я, чувствуя, как с каждой секундой между нами снова пропасть разворачивается. Покрепче заворачиваюсь в его куртку. Здесь холодно, но Август, кажется, даже не чувствует этого. Я отхожу от него на шаг, намеренно удваивая расстояние между нами. Чтобы ослабить ту связь, что появляется, стоит мне лишь пройти по его орбите.

— Ты можешь перевестись в Университет Мейсона. – предлагает Август и берет мои холодные руки в свои горячие ладони. – Наверняка это возможно.

Я молча киваю. Да, возможно. Наверняка…

— Ань, не молчи…

Но мой взгляд приковывает плакат на стене. На нем Август вместе с парнем на полголовы ниже. Скорее всего, фото было сделано после одного из боев, потому что Август улыбается, хотя и выглядит потрепанным. Интересно, сколько часов он провел здесь, чтобы стать одним из лучших? Сколько лет?

— Хочешь, уедем вместе? Хочешь я все брошу ради тебя?

Но я вдруг понимаю, что не хочу. Что все эти годы, как бы ему ни было плохо, Август шел вперед. А я стояла. Стояла перед открытой дверью, не решаясь переступить ее порог. Границу, за которой начинается настоящая жизнь. Я думала, что любила, но жила лишь воспоминаниями. Даже от жизни в кампусе отказалась, чтобы быть ближе к его семье. Общением с ними затыкая пустоту в душе, оставленную его отсутствием. Думала, что двигалась, на деле же только сильнее закрывалась в собственной скорлупе. Многие наивно считают любовь благословением, наверное, они правы. Только если любовь не становится болезнью. Чувством на грани помешательства.

— Август, какая я?