Книга (не) Любимый сосед, страница 87 – Анастасия Петрова

Мама у Мота замечательная. Как только я вхожу в квартиру, она тут же заключает меня в теплые объятия. Я обнимаю женщину в ответ, она поглаживает меня по спине своими нежными руками.

— Спасибо тебе, девочка, — шепчет прямо в ухо, чтобы слышала только я, — Он счастлив.

Я улыбаюсь ей, кивая, и она отпускает меня. Мот тут же перехватывает мою талию, притягивая ближе к себе. Обвивает своими руками и крепко прижимает к спине, целуя в макушку. Глаза горят от теплоты и нежности.

— Мам, тут еще одна новость, — Мот замолкает, ожидая моего одобрения. Я мягкое ему улыбаюсь, прося продолжить, — Ты станешь бабушкой.

Она тут же начинает охать и ахать, стирая слезы в уголках глаз.

— Мам, ну ты чего?

— Дождалась, слава богу! Думала уйду, так и понянчившись с твоими ляльками.

— Глупости какие говоришь, — ругает ее Мот. Ему больно осознавать, что его мать сильно болеет. Это тяжело… Особенно, когда ты так часто терял людей в своей жизни. Ему страшно, и я это чувствую. Беру за руку, переплетая наши пальцы, сжимая крепче.

Он меня всегда старается уберечь от всего плохого, мне бы тоже хотелось хоть немного успокоить его и спрятать от всех проблем, что свалились на этого честного, потрясающего мужчину.

— Тамара Геннадьевна, — улыбаюсь, — Я приготовлю ужин, соберемся вечером и посидим в узком семейном кругу.

— О, Машенька. Не могу сидеть без дела, давай вместе?

Мне нравится, что эта мудрая женщина не лезет на мою территорию со своими командами. А наоборот, тактично спрашивает может ли она мне помочь. Разве такая чуткая особа могла воспитать кого-то кроме любящего Мота?

И ведь он такой же тактичный и чуткий, просто скрывает эту свою сторону. Изредка обнажая ее перед самыми близкими, но даже это ему дается тяжело. К н и г о е д. н е т

— Так, а мне чем заняться? — начинает смеется Матвей, — Впервые у меня нет дел. Даже как-то непривычно.

— Отдыхать? — глажу по спине, ощущая как напрягается его тело. Черт, хотела приласкать, а получается возбудила.

И вот так всегда. У Мота спина — эрогенная зона. И хоть он и не сознается в этом, я замечаю. Каждый раз касаясь ее, его глаза темнеют, а дыхание учащается. Теперь я знаю, на какие точки иногда можно нажимать…

— Да я уже наотдыхался, — чешет затылок.

Я понимаю, что ему непривычно. Сначала всю жизнь впахивать без выходных, находиться в постоянном движении, а тут затишье.

— Ладно, если совсем не отдыхается, то прикрути, пожалуйсту лампочку в ванной. И там еще дверца у полочки шатается.

— А чего ты раньше не просила? — возмущается, но по-доброму.

А я даже не знаю… Не привыкла просить о помощи мужчин, всегда приходилось самой решать такие проблемы. А сейчас рядом настоящий мужчина, зато некоторые мои привычки остались из прошлой жизни. Я понемногу привыкаю к тому, что теперь реально можно расслабиться и не переживать.

— Ты не бурчи как старый дед, а помоги Маше.

— Ох, женщины. Люблю вас! — он целует нас в щеки, — Поехал тогда за лампочкой в магазин.

Пока Мот занимается бытовыми вещами, мы с Тамарой Геннадьевной сплетничаем и готовим ужин. Она учит меня лепить сибирские домашние пельмени, которые обожает Матвей. Я внимательно запоминаю рецептуру, чтобы потом его баловать иногда. Не уверена, что смогу часто заниматься лепкой, так как это очень трудоемкий процесс, но в целом интересно.