Книга После измены. Простить или полюбить?, страница 9 – Лена Ручей

Побрела к нему, чувствуя недоброе, и не ошиблась.

Березин был в ярости. Оказывается, Радмила Модестовна умудрилась не только облить, но и пожаловаться на меня, обвинив в грубости и хамстве.

— Вероника! Что за безобразие? – кричал Березин, сверкая очками. – Вы забыли, где работаете? Этих пациентов облизывать надо, а вы нравоучения читаете. Вы в своём уме? Язык за зубами держать не умеете? Так, я научу! Получите голый оклад без премии, сразу уважением к пожилым проникнетесь!... – орал он на меня, а я смиренно сверлила пол взглядом, сжимая изо всех сил зубы, чтобы не послать его вместе с клиникой и бесстыжими пациентами. Но нельзя! Без характеристики с прежнего места работы я могла устроиться, только судно из-под лежачих больных выносить за мизерную плату.

— И что это за вид? – Лев Александрович, наконец, устал кричать и увидел пятно на моём костюме. – Сейчас же переоденьтесь! Не позорьте меня перед больными…

Я попыталась объяснить, что это Аверина только что облила, но он не слушал.

— Немедленно переоденьтесь! И чтобы я вас больше в таком виде в стенах моей клиники не видел!

Выскочила от него в полном отчаянии. Во что я могла сейчас переодеться? Если только в магазин ехать. Но за час бы я не уложилась…

На помощь пришла добрая санитарка, Люба. Она предложила свой халат. Правда, он был на два размера больше, и я выглядела в нём как баба на чайнике, но зато заведующему не к чему было бы докопаться.

Облачившись в безразмерное одеяние, я поспешила в ванную комнату, чтобы застирать злополучное пятно. Затем я намеревалась повесить костюм на балконе и после обеда при любом раскладе он был бы уже сухой.

Но, видно, наступила череда неудач: пройти незамеченной у меня не получилось. Дверь кабинета заведующего распахнулась как раз тогда, когда я проходила мимо.

— Не волнуйся, Леонард, я лично обсужу меню с Радмилой Модестовной. Больше такого не повторится… – голос Березина был на удивление вкрадчивым. Совсем не таким тоном он только что отчитывал меня.

“А! Ну да! Радмила Модестовна”, – я обернулась, чтобы посмотреть на сынка этой стервы.

Высокий, плечистый мужчина в идеально сидящем дорогом костюме заполнял собой дверной проём кабинета заведующего.

Он скользнул по мне непроницаемым, пронзительно-холодным, как зимнее небо, взглядом и его губы изогнулись в презрительной усмешке.

Ужасно хотелось стряхнуть эту ухмылку, показав ему средний палец. Но уйти с гордо поднятой головой у меня бы не получилось. Понимала, что со своим невысоким ростом и в этом одеянии я выглядела бы нелепо. Да и работу терять из-за их семейки мне не хотелось.

— Клепикова! – увидев меня, окликнул Березин. – Вы уже извинились перед Радмилой Модестовной?!

“А что, должна была?” – у меня непроизвольно вытянулось лицо.

Заведующий, видимо, решил сделать меня крайней.

— Нет. Не успела, – пробормотала я, краснея, как рак в кипящей воде оттого, что не могла послать всех разом.

— Лёва, у тебя, походу, совсем всё плохо? – проговорил мужчина насмешливо. – Я тебе драгоценную маман свою доверил, денег отвалил немерено, а у тебя тут девочки рукожопые работают… И потом, мама же съест эту цыпу, с потрохами… – хохотнул своей шутке.

— Ничего! Остаются сильнейшие, – в тон ему ответил Березин.