Книга Холодный кофе, или Одиночество Офелии Коулман, страница 147 – Хелена Хейл

Когда мне стало полегче и боль на шаг отступила, доктор, сняв все мои показатели, оставил нас с Аштоном наедине. Холл гладил мои пальцы, глядя на меня как на бездомного котенка.

— Эй… – нежно позвал он. – Ну наконец-то. Привет.

— Я… воды…

— Секунду. – Аштон моментально поднес к моим губам стакан с трубочкой.

Выпив воду, я облизала пересохшие губы.

— Где Реймонд? – спросила я.

Даже в полусознательном состоянии я думала лишь о том, выжил ли Беннет.

— Давай сначала поговорим о тебе. – Аштон снова сжал мои пальцы.

— Отвечай, Аштон! Реймонд тоже в больнице?! Они стреляли… даже после того, как… – Язык еле ворочался, а эмоции и вопросы рвались наружу.

— Лия, Рей жив. Но здесь его нет. В больнице, – промямлил Аштон.

— В смысле? Расскажи все по порядку.

— Я обещал Реймонду молчать. Прости. Ты узнаешь обо всем завтра.

Доктор вернулся в палату, как только я открыла рот.

— Мистер Холл, мы же сказали, только пять минут. Вам пора. – Он почти насильно вывел Аштона из палаты.

— А теперь, мисс, расскажу вам о вашем состоянии здоровья. Пули чудом прошли мимо позвоночника, но критически близко. Одна – насквозь, другая застряла. Была проведена долгая операция. Сейчас вашему здоровью ничего не угрожает, но есть опасность кровотечения, поэтому на ближайшие полгода вы должны отказаться от физических нагрузок. Перед выпиской, то есть через неделю, я расскажу, как правильно обрабатывать рану и какие таблетки принимать. Уже сейчас вы начнете пить антибиотики. Вам все понятно?

— Да, – еле слышно ответила я, закусив губу, чтобы не расплакаться.

— Все будет хорошо, мисс Коулман. Вы настоящий борец! – подбодрил доктор Бреннон. – Ваша мама была здесь несколько раз, оставила вам некоторые вещи и попросила дать ноутбук. Вы писатель?

Я кивнула, слезы полились градом, скатываясь по шее и образуя лужицу в ямочке между ключицами.

— Вы пережили сильнейший стресс. Я сообщу вашей матери, что вы пришли в себя. А пока поспите.

— Доктор, подождите! А страховка? Наша вряд ли покроет и половину…

— Не беспокойтесь. – Доктор выставил вперед ладонь, улыбаясь. – Расходы за ваше пребывание в больнице полностью покрыты.

Я строила из себя сильную, стойкую личность. Нет, точнее, была уверена, что таковой и являюсь. Что сентиментальная чушь не для меня, что я уложу любого, кто решит напасть. А что теперь? Изнываю от боли, не в силах пошевелить пальцами ног; в груди трещина, которая вот-вот превратится в калифорнийский Сан-Андреас^[26]. Зажмурившись после ухода доктора, я нашептывала, как молитву: «Реймонд, Реймонд, Реймонд, Реймонд, Реймонд…».

Открыв глаза на следующий день, я ощутила себя еще более разбитой. Но даже если сегодня суждено будет получить еще одну пулю, ничто меня не остановит! Я должна выяснить правду! Пока я искала кнопку вызова медперсонала, в мою палату зашел букет цветов.

Нет, вы не ошиблись. Букет был настолько огромным, что его пришлось проталкивать в двери, а уже после появилась макушка незнакомого парня. Черные розы были упакованы в пергамент. Аромат свежих цветов не перебил едкий запах медикаментов, но был приятным напоминанием о жизни по ту сторону больничных стен. Парень лет восемнадцати вошел в палату, но букет скрывал его из виду. Выглядело это комично. Видимо, парень уже не в силах был держать это произведение искусства, а потому положил букет прямо мне в ноги.