Книга Лавандовая ветвь, страница 89 – Хелена Хейл

В предвкушении выходных я порхала по помещению, тут и там смахивая пыль, подготавливая кофейню к смене Оскара. Он, конечно, убирался, но не так тщательно – своим зорким глазом я подмечала и крошки, и капли кофе. С особым трепетом подложив в корзину еще лавандовых ветвей, которые теперь стали нашей визитной карточкой, я взяла в руки одну из них и вдохнула аромат, который, по словам Дейзи, теперь принадлежал мне.

— Спасибо, бабуля, – тихонько произнесла я, обращаясь к ветви.

Если бы не бабуля Корнелия, не было бы названия «Лавандовая ветвь», и не было бы этой корзины, и… возможно, ветвь не подарила бы мне встречу с Райаном.

Теперь, ночуя у него, я ездила на двух автобусах, но все с тем же музыкальным сопровождением. Я улыбалась вечернему Бирмингему за окном и постукивала пальцами по сиденью, нетерпеливо дожидаясь встречи с Райаном. Выбежав из второго автобуса, я влетела в подъезд. В лифте из зеркала на меня смотрела осунувшаяся, но счастливая смуглая испанка с необъятной копной темных волос.

— Райан, я дома! – крикнула я, сбрасывая кроссовки.

В ответ – шум воды, доносившийся из душа. Райан был в ванной, так что я летящей походкой прошла в гостиную и обнаружила на диване кожаный рюкзак. Должно быть, Райан носил его с собой на работу, а значит, я могла разузнать хоть что‐нибудь о делах Эльберга. Оглянувшись и убедившись, что дверь в ванную закрыта, а вода все еще бьется о шторку, я двумя пальцами раздвинула молнию.

Черт бы побрал мое любопытство! Из рюкзака вылезла плотная папка, набитая договорами и чертежами, я было хотела прочесть кусочек, как наткнулась второй рукой на что‐то твердое, упругое и гибкое. Дернув, я увидела в своих руках веревку. Слишком толстую для шнуровки и… вполне подходящую для того, чтобы…

— Селина!

Я вздрогнула, чуть не выронив находку. И как я не услышала его приближения?

— Райан, что это?

«Пожалуйста, скажи, что понятия не имеешь, как это попало в твой рюкзак!» – взмолилась я.

— Веревка, я полагаю. А что ты делаешь в моем рюкзаке?

— Райан, для чего тебе веревка?

Молчание, раздутые ноздри и опущенные глаза.

— Ты убил его, черт возьми?!

— Я и пальцем его не тронул! – выпалил он озверев, а затем добавил: – Живого, по крайней мере.

Я с отвращением бросила веревку ему под ноги. Ни его обернутые полотенцем бедра, ни соблазнительный взгляд сейчас не имели значения. Мне было тошно и страшно.

— Ты соврал мне!

— Я говорил, что никому не причиняю вреда.

— Серьезно?! – Я истерично усмехнулась и подтолкнула ногой веревку. – Это как бы в порядке вещей?!

— Селина, это моя работа. Я уже говорил, если…

— Точно, если я не могу с этим смириться, то вольна уйти. Что ж, ты прав.

Я с треском распахнула дверцы шкафа, вытащив несколько вещей наугад, закинула сумку на плечо и сунула ноги в кроссовки.

— Куда ты собралась?

Проигнорировав вопрос, я побежала к лифту, спотыкаясь оттого, что охапка вещей загораживала мне обзор. Когда двери лифта раскрылись, я вбежала и судорожно надавила на кнопку закрытия дверей. Пока они смыкались, я заметила запыхавшегося полуголого Райана, глядевшего на меня с болью, граничившей с бешенством.

Я добежала до остановки под внезапным (хотя для Англии очень даже ожидаемым) ливнем. Глядя на свои ладони, я морщилась, вспоминая шероховатость веревки, с помощью которой был повешен мой знакомый. Анализируя, я понимала, что подобного стоило ожидать, – в конце концов, я встречалась не с торговцем мороженым! Но ведь он мне бессовестно врал! Пожалуй, смерть Нила наконец открыла мне глаза на реальность угрозы.