Онлайн книга «Мертвые берут наличными»
|
— Знаю я таких, — неожиданно кивнул Геджин. — Гладкий, как белый рис, липкий, и от него потом — понос. Словами кормишься, а внутри — тухлятина. Ходячая проблема. Да ты не морщься, птенец. Енчжу покосился на Джувона. Вроде бы тот совершенно невозмутим. А что глаз дернулся, так неудивительно с таким собеседником. Чо Геджин хмыкнул, сделал глоток и глянул на них поверх чашки. — Такие не в ад попадают. Такие кочуют. Туда, где их еще боятся. Ну, или стыдятся. Бывает, где их пожалеют, но не наш случай. И да, еще в тех местах, где их помнят. — Последнее слово он выговорил с неприятной лаской, словно облизывал скалку перед тем, как пустить в ход. — Если кто-то из вас думает, что мертвецы уходят, когда умирают… право слово, о чем тогда говорить? — Вы хотите сказать… — начал Джувон. — Что это действительно он? — Я хочу сказать, что вы оба ходите кругами вокруг жареной курочки и удивляетесь, почему так шкворчит? — Геджин щелкнул пальцами. — Если обе женщины были его жертвами, а он сгорел, но не растворился, я сейчас не про тело, вполне вероятно, что именно он теперь трется в зеркалах и шепчет мерзости по ночам. — Тогда надо его вызвать, — сказал Енчжу. Чо Геджин замер. А потом медленно, очень театрально, поставил чашку на пол (именно, на пол), отодвинулся и зыркнул так, будто его только что позвали на кастинг в дораму «Как не сдохнуть, вызвав мудака». — Ага. Давайте. Давайте вызовем. А потом вы оба будете щебетать, как мило пообщались. Он вам расскажет, каково быть за гранью, вы ему в ответ что-нибудь про травмы. Посидите, поплачете, обнимитесь. Очень терапевтично. Пожалуй, ляпнуть про вызов было глупо. Енчжу это только сейчас осознал. Голова совсем не варит. Но манера Чо Геджина общаться от этого приятнее не становилась. — Вы же сами сказали, что он может быть причиной, — холодно напомнил он. — Может, — кивнул Геджин. — Но знаешь, в чем фишка с призраками, доктор? Особенно с теми, что сохранили эго. Они помнят. И держатся долго. Особенно если их смерть — не то, чего они ждали. А еще, если при жизни они были засранцами с завышенным чувством собственного достоинства. Он повернулся к Джувону: — Такие не приходят поговорить, они приходят наказать. Или получить признание. Или… — Геджин поднял палец. — Доделать незавершенное. Проблема в том, что ты никогда не знаешь, что для такого гада это самое завершенное. — Значит, не будете вызывать? — Джувон скрестил руки. — Зря мы приехали? — Ох, не начинай. Буду. Только сначала вы оба должны решить, готовы ли смотреть этому гаденышу в глаза. Потому что когда он придет — назад дороги не будет. Геджин повернулся к стене, провел пальцем по пыльной полке, стукнул по маленькому бубну, смахнул паутину с глиняной чашки и бросил через плечо: — Ритуал пройдет ночью. Раньше нельзя — при свете дня будет больше проблем. А сейчас… Он ткнул пальцем в Джувона: — Ты пойдешь и напишешь, зачем тебе вся эта история. На бумажке. Три строчки. Без пафоса. А ты, доктор. — Геджин повернулся к Енчжу. — Выспись. А то за твоими мешками глаз не видно. Понадобятся силы. Ты с мертвыми слишком вежлив, а им это только на руку. И да, ты умеешь работать топором? Ну или хотя бы битой? Енчжу открыл рот, чтобы ответить, но старик уже развернулся и направился к выходу, приговаривая: |