Книга Мертвые берут наличными, страница 31 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

— Любым? — уточнил Енчжу, нахмурившись.

— Любым. Кричи, тряси, бей по щекам. Если понадобится — поцелуй, — усмехнулся Геджин. — Но только если дух уже почти в нем. А то мало ли, вдруг понравится.

Джувон чуть не зашипел. Что за дурацкие шуточки?

— Вы это нарочно⁈

— Конечно, — невинно ответил старик. — Напряжение надо как-то снимать. А то вы такие серьезные, что аж печально. Надо делать ситуацию веселее!

— Спасибо, Чо-сонсэним, вы нас очень вдохновили, — сказал Енчжу, и его голос был вежлив, но взгляд обещал минимум вызвать санитаров.

— Успехов, мальчики, — весело сказал Геджин и повернулся к окну, словно не имел к происходящему уже никакого отношения.

Джувон глубоко вдохнул. Смотрел на воду. Старался не думать. Ни о Ха Суджин, с которой он не говорил, но будто слышал каждое слово. Ни о госпоже О Чжонсу, которая стояла у него в комнате и обвиняла. Ни о том мужчине с чужой улыбкой на фотографии, которую показал инспектор Нам.

Он закрыл глаза. Прошептал слова вызова. Не заклинание, Чо Геджин научил его другому — это было больше похоже на приглашение. Или даже извинение. Джувон не знал, как оно работает. Просто говорил то, что подсказали карты, и что срифмовал Геджин на салфетке. Все проходило как во сне.

Ветер прошелся по комнате. Пламя свечей дрогнуло. Вода в чаше затянулась тонкой дымкой. Енчжу быстро окинул взглядом помещение.

И… все. Ничего больше.

— Получилось? — прошептал он.

Геджин не ответил. Только обернулся и прижал палец к губам, призывая к молчанию:

— Тс-с.

Через несколько секунд послышался шорох, будто кто-то скребся с внутренней стороны стены.

Свеча у правой ноги Джувона мигнула, и её пламя стало синим. Вода в чаше пошла рябью, будто кто-то дунул. Или шевельнулся под ней.

Джувон открыл глаза и увидел… себя. В воде. Только вот… Лицо его, но какое-то иное. Глаза — пустые. Рот чуть приоткрыт, как у куклы. А потом губы искривились в улыбке. Не его.

— Боже… — прошептал он.

За спиной послышался скрип. По телу прошла дрожь, потому что стало ясно: это все не в чаше. Это… позади него.

— Енчжу, — прошептал он. — Он здесь.

— Я вижу.

— Где?

— Позади тебя, — напряженно ответил Енчжу, не отводя взгляда. — Прямо за плечом. Что-то… есть.

Чо Геджин тем временем спокойно наливал чай в чашку с отбитой ручкой.

— Поздравляю, господа. — Он поднял чашку на манер тоста. — Но это еще не тот, кто нам нужен. Это так… приоткрылась дверь.

Джувон сглотнул. По спине пробежал холодок, хотя в комнате становилось душно. Не от температуры, а от присутствия потустороннего. Оно было ощутимым, как… как давление воды на барабанные перепонки. Воздух сгустился, пахнуло прелыми цветами, железом и чем-то древним, как пыль под полами старого дома. Джувон не двигался, потому что каждое его движение будет замечено. Замечено тем, кто стоит за плечом.

Чо Геджин как ни в чем не бывало наклонился к столу и начал доставать из потрепанной авоськи нечто, похожее на артефакты. Так буднично, словно только что вернулся с базара:

— Ну что, пора переходить к серьезному делу, — пробормотал он, вытаскивая первый предмет. — Держи.

Он протянул Джувону пучок… лапши. Почерневшей, вонючей, еще с обугленным остатком упаковки, на которой до сих пор можно было прочесть полустертое «Jin Ramen».

— Это что, шутка⁈ — прошипел Джувон, глядя на пучок.