Книга Лето в Российской империи, страница 74 – Дарья Кузнецова, Виктор Фламмер (Дашкевич), Игорь Евдокимов, и др.

В этом дворе клумба была пышная, усеянная белыми и фиолетовыми цветами, сорт которых Самарин не взялся бы определить. А еще здесь нашелся дворник, который к моменту прибытия полиции разматывал шланг, намереваясь, судя по всему, придать цветнику еще более цветущий вид.

— А вот с этим бы я повременил, – вместо приветствия сообщил сыщик, доставая на ходу удостоверение. – Дмитрий Самарин, сыскная полиция. А вы кто будете?

Мужчина замер со шлангом в руке, не решив, что делать дальше. Лицо его было скрыто за окладистой бородой с усами и низко надвинутым на лоб картузом, грудь закрывал серый фартук с большим нагрудным карманом.

— Матвей Федорович Парамонов. Дворник я. – Он снял картуз, стряхнул с него белесо-розоватую пыль и пригладил волосы с проседью, посмотрел на Самарина покрасневшими глазами. – Так это… полиция была уже с утра. Городовой приходил.

— Ну а теперь мы пришли, – сыщик обвел глазами двор. – Тело Липкина вы обнаружили?

— Ну, я…

— Во сколько это было?

— Как на утреннюю уборку вышел, часов около пяти.

— Запасной ключ от квартиры домовладельца есть?

— Имеется. – Дворник вытащил внушительную связку и начал неторопливо перебирать висящие на ней ключи. Делал он это так неспешно, что Дмитрий не выдержал:

— Так, дайте-ка сюда всю связку. Ключи тут с бирками, я сам быстрее найду. Номер квартиры Липкина?

— Шестой.

— Миша, – Самарин отцепил нужный ключ и вручил сотруднику, – иди туда. Фотографии, отпечатки – в общем, сам все знаешь. А мы тут с Матвеем Федоровичем побеседуем.

Мишка умчался, а Самарин снова обвел взглядом двор. Увидел прислоненную к стене в темном углу длинную деревянную лестницу. Уж не та ли самая?

— Она? – Самарин взглядом указал в ту сторону.

Дворник молча кивнул и все-таки положил шланг на землю, а картуз так и оставил в руке.

— Ну, рассказывайте. – Дмитрий достал из кармана блокнот и карандаш. – Все, что случилось.

— Так я городовому уже рассказал. Может, у него спросите?

— Меня не волнует, о чем вас спрашивал городовой. С этим после разберемся. У меня свои вопросы. И если понадобится, я буду задавать их раз за разом. Это понятно?

— Да чего уж не понять…

— Когда вы последний раз видели домовладельца Липкина живым?

— Стало быть, вчера, около десяти вечера. – Дворник сильно наморщил лоб и потер кулаком глаза. – Я ограждение делал для цветника, а тут он, Георгий Палыч, вышел посмотреть и проверить.

— В каком он был настроении?

— Да в обычном. Ну, может, довольный был. Понравилось ему, как оградка вышла.

— Это которая?

— А вот. – Дворник подошел к клумбе и показал Самарину аккуратный «заборчик» из кирпичей вокруг цветника. – Его идея была. В столице, сказал, так делают.

Кирпичи были вкопаны в землю по диагонали, так что образовывали вокруг клумбы зубчатый бордюр. В одном месте ровность ряда была нарушена, цветы примяты, а на камнях Самарин заметил еще кое-что…

— Тут кровь, – сообщил он дворнику.

— Ну да, – кивнул тот и показал рукой на чердачное окно, а потом на землю. – Здесь Георгий Палыч головой и приложился, когда с лестницы упал. Вот там она лежала, а тут он.

«Какая ирония», – заметил про себя Самарин и проследил глазами предполагаемую траекторию падения. По всему выходило, что Липкин приставил лестницу к участку глухой стены, поднялся по ней и… очень неудачно приземлился.