Книга Ночь у вдовы-пересмешницы, страница 110 – Джон Диксон Карр

— Вряд ли они откланяются, – хмуро подтвердил Гарлик.

— Так вот. Вдове требуется тайник для пишущей машинки, – сказал Г. М. – Он должен быть не у нее в доме и не поблизости от него: если машинку обнаружат, Вдова выдаст себя с потрохами… Кстати, Рэйф, у вас, кажется, была цветная открытка с изображением каменного изваяния? Та, что вы показывали нам в субботу вечером.

Не говоря ни слова, Дэнверс нашел открытку и передал ее Г. М. Тот, поправив очки, перевернул ее и прочел вслух строчку из описания на обратной стороне:

— «Глаза достаточно велики, чтобы в них могла поместиться человеческая голова». Соответственно, в них могла бы поместиться и портативная пишущая машинка из тех, которыми пользовались лет двадцать пять назад. Но имел ли кто-то обыкновение забираться на ту груду камней? Стоя на лугу, я спросил об этом викария. Он ответил, что сам бы туда не полез, и добавил, что в деревне бытует какое-то суеверие насчет этого, поэтому и никто другой туда не полезет. Следовательно, Вдова-пересмешница – отличный тайник! Она возвышается над деревней, а в голове у нее спрятана та самая машинка, на которой напечатаны анонимки, и никому на ум не приходит ее там искать!

— У меня от этого дела мороз по коже, – буркнул Гарлик.

— Не забывайте, – напомнил ему Г. М. со злорадством, – что машинка требуется Вдове не чаще, чем раз в полмесяца, а то и реже. Письма в основном приходят по нескольку штук. Самой Вдове скакать по камням совсем не обязательно, если…

— …Если, – продолжил инспектор Гарлик, – у нее есть какой-нибудь Фред Корди с его акробатическими способностями и любовью к грязным интригам.

Г. М. одобрительно крякнул и швырнул открытку на стол.

— Но вообще-то, – заявил он, – я еще и знать не знал, кто такой Корди, когда похожая мысль зародилась у меня в голове. Потом я увидел, что за фрукт этот Корди, увидел и еще кое-кого из местных, и эта догадка обожгла меня с новой силой. Улавливаете?

— Корди, безусловно, являлся сообщником Вдовы. Тут никаких сомнений быть не может!

Г. М. неуверенно покачал головой.

— Зная, как развивались события, – сказал он, – я бы не назвал его сообщником в полном смысле слова. Но кто писал анонимки – Корди было известно.

Они помолчали, слушая, как Гарлик размеренно стучит карандашом по блокноту.

— Может, Корди пытался шантажировать Вдову, сэр?

— Вполне вероятно.

— И Вдова была от этого совсем не в восторге. – Гарлик наставил карандаш, как револьвер, и дважды нажал на воображаемый курок.

— Черт! – гаркнул Г. М., опуская ноги со стола. – Я же говорил вам вчера с глазу на глаз, что анонимщик и убийца – это один и тот же человек! Я сказал вам, кто это. Я пытался предложить линию…

— Но позвольте, сэр! Почему же вы не сказали мне… – Инспектор Гарлик, поймав на себе косой взгляд Г. М., умолк. Он украдкой посмотрел на Дэнверса, который перелистывал газету, и отложил блокнот и карандаш. – Нам необходимо многое обсудить, – возвестил он. – Но не сейчас. И вообще, мне не нравится настрой местных жителей. Упрекать их в излишней нервозности нельзя. Но от них ведь никакой помощи!

Тихий, напоминавший кудахтанье смех Дэнверса заставил Г. М. и Гарлика вздрогнуть. Сложив газету, библиофил смерил их недоуменным взглядом.

— Инспектор, – обратился он к Гарлику, – ни вы, ни наш добрый друг сэр Генри не в состоянии понять провинциалов. Большинство из них испытали негодование и страх, да. А кроме того, они потрясены.