Книга Смерть в бриллиантах, страница 129 – Си Джей Беннет

Как всегда, королева подумала о бабушке, королеве Марии, научившей ее смирению и самодисциплине. В монаршей работе не имели значения личные желания, слабости или чувства: важны были страна и Содружество, и с двадцати одного года Елизавета посвятила себя служению им. Кому-то это могло казаться пафосом, но для нее звучало серьезно.

Она сняла тяжелую трубку с бакелитового телефона на столике. Ожидая соединения, она рассеянно играла со шнуром.

— Сэра Хью Массона, пожалуйста.

— Соединяю, мэм.

Через десять секунд на линии раздался треск.

— Мне очень жаль, мэм, Хью нет на месте. Могу я помочь? – прозвучал голос заместителя личного секретаря.

— Да, Майлз, можете. Я хотела бы ознакомиться с одним делом, – сказала королева. – Из Службы безопасности. По Крессуэлл-Плейс.

Она говорила уверенно, хотя не знала наверняка, что такое дело существует. Джоан предположила, что еще одним “странным местом” могла быть квартира Берил Уайт. Но гораздо вероятнее, это был дом декана. И она не забыла реакцию Филипа, когда при нем впервые упомянули название улицы.

— Вы уверены, мэм?

— Совершенно уверена.

— Как, если позволите спросить, вы о нем узнали?

Она улыбнулась про себя. Голос Уркхарта был настолько легким от небрежного любопытства, что почти перешел в писк. Он прекрасно понял, о чем она говорит. А если знает он, то знает и сэр Хью, и они обсуждали это между собой. Джоан была права. Королеве оставалось только молиться, чтобы они не упомянули об этом при Джереми.

— О, мне всякое рассказывают, – спокойно сказала она. – И, Майлз, поинтересуйтесь, пожалуйста, почему мне не предоставили эти документы с самого начала.

Наступило короткое молчание.

— Конечно, мэм. Я посмотрю, что можно сделать.

Три дня спустя, когда маленького Чарльза благополучно отправили в школу-пансион, королева вернулась к своему столу в Букингемском дворце – как раз когда доставили красные коробки с документами.

Быстро разобравшись с первой, она обнаружила, что вторая непривычно увесиста. Да, с приближением конца сентября механизм работы правительства перешел в активную фазу, но в коробке нашлись бумаги, которым там было совсем не место. Заподозрив неладное, она поступила так, как учил отец: вынула все содержимое, чтобы посмотреть, что сэр Хью и мелкие сошки из аппарата правительства похоронили на дне.

Как удобно, что они до сих пор убирают вниз все, что хотят утаить от ее глаз. Это значительно облегчало поиски.

Под кипой незначительных служебных записок лежала тонкая папка “Совершенно секретно. Лично в руки” со знакомыми метками МИ-5. К обложке была приколота короткая рукописная записка от сэра Хью: “Ваше Величество, полагаю, это то дело, которое вы запрашивали. Настоятельно советую вам не читать его. Я буду более чем счастлив ознакомить вас с его содержанием”.

Королева с улыбкой закатила глаза. Одна из ее фрейлин училась в католической школе-интернате, где в библиотеке хранился том в кожаном переплете – на титульной странице монахини сделали пометку, запрещающую девочкам читать “страницы 63, 72 и 147”. Само собой, эти страницы были засалены до дыр, а остальные были в идеальном состоянии. Католические школьницы не дуры.

Бедный сэр Хью. Служба обязывала его предоставить дело, которое она запросила, и то же время он отчаянно не хотел, чтобы королева его видела. Она отколола записку и убедилась, что в папке именно то, на что она надеялась: отчет о наружном наблюдении на Крессуэлл-Плейс в ночь с 31 марта.