Книга Смерть в бриллиантах, страница 90 – Си Джей Беннет

Королева перешла к более важному вопросу.

— А что вы думаете об этой статье? Могла она быть частью кампании против меня?

— Я, конечно, об этом думала, – сказала Джоан. – Это как будто напрашивалось само собой. Я предположила, что это начало открытых военных действий. Но после вчерашнего письма от тети…

— Думаете, он в самом деле мне помогает?

— Да, мэм. Или пытается помочь. Статья выдержана в очень вежливом тоне. Это не критика в ваш адрес, а скорее то, о чем говорит моя тетя: монархии надо стать ближе к людям.

“Лучше умная хула, чем дурная похвала”, – подумала про себя королева. Иногда всем нужна суровая правда.

— Так вы не считаете, что Олтринхем замешан? Должна сказать, я тоже.

— Скорее наоборот, – согласилась Джоан.

— А что насчет сэра Хью? Вы только что видели.

— Он старался, мэм. Хочет как лучше. Всю неделю переживал. Не уверена, что новый торт – хорошая идея, но…

— Он, кажется, действует в моих интересах, насколько может. Еще Джереми…

Джоан кивнула:

— Он хочет, чтобы вы ничего не делали, мэм. И, кстати, Майлз Уркхарт тоже.

— Хотя “ничегонеделанье” может быть опасно. Но трудно отличить чрезмерную преданность от тайного желания навредить.

— Я буду держать ухо востро, – пообещала Джоан. – Если сэр Хью – заговорщик, это будет очень трудно доказать, но, если это кто-то из двух других, я найду улики.

— Меня восхищает ваша уверенность, – сказала королева. – Премьер-министр предельно ясно дал понять, насколько важен мой визит в Америку. Если заговорщики продолжат в том же духе, они приложат все силы, чтобы в октябре устроить неприятности. У нас всего несколько недель, чтобы остановить их. – Она вздохнула. – И понять почему.

— Мы поймем, мэм, – заверила ее Джоан. – Слава богу, они не слишком умелы.

Королева поджала губы:

— Но с кремом они подобрались слишком близко. Я не могу вечно полагаться на Бобо, которая меня спасет. Надеюсь, вам улыбнется удача.

В тихое послеобеденное время королева присоединилась к Филипу на верховой прогулке по горам. Чудесно было оказаться среди лилового вереска, и дождя не предвиделось еще несколько часов.

— Что с Олтринхемом? Уже в Тауэре? – спросил он.

— Вообще-то мы много размышляли обо всем, что он написал, – сказала она. – Джоан собирается с ним побеседовать.

— Предупредить?

— Нет. Поблагодарить.

— Поблагодарить? За всю эту чушь?

— Не все там чушь, – призналась она. – Оказывается, некоторые британцы с ним согласны. – Королева не стала упоминать тетю Джоан. Сэр Хью прозондировал общественное мнение и, к своему разочарованию, обнаружил, что Ева не одинока. – Конечно, прекрасно, что столько людей поспешили на мою защиту, но… нужно учиться. И меняться. Немного.

— Думаешь?

Филип надолго задумался. Они ехали дальше в молчании. Внизу под ними сверкала в лучах солнечного света река Ди. В небе лениво парил орел. Ей было хорошо как нигде. Рядом с этим мужчиной, который хотел ей помочь и уже искал решения – она это чувствовала. Его мозг никогда не отдыхал. Частично грубость Филипа – она знала, что он мог быть грубым, иногда даже с ней, хотя яростно обрушивался на любого, кто позволял себе грубость в ее адрес, объяснялась тем, что он нередко на два шага опережал собеседника. Он жил в будущем, в то время как она цеплялась, иногда слишком отчаянно, за прошлое.