Книга Смерть в бриллиантах, страница 93 – Си Джей Беннет

Той ночью, лежа без сна в постели, королева чувствовала себя страшно одинокой. Она беспокоилась за свою семью. Обычно она старалась не додумывать мрачные мысли до конца, потому что в обратном случае вряд ли смогла бы как ни в чем не бывало продолжать жить и трудиться на благо страны. Но если кто-то вознамерился навредить им с Филипом, если этот кто-то по каким бы то ни было причинам не желает видеть ее королевой, то чем все это может кончиться?

Если они каким-то образом избавятся от нее, то что станет с Чарльзом, с Анной? Что станет с Маргарет, если исчезнет ее собственная маленькая семья? Было ужасно даже думать об этом, но королева регулярно просматривала секретные официальные планы на случай непредвиденных обстоятельств. Королевские семьи и прежде подвергались гонениям. Сорок лет назад в России убили ее родственников, в этом же веке в Германии, Болгарии, Португалии, Румынии, Италии исчезли другие монархи; даже семья Филипа была изгнана из Греции, когда он был младенцем. Королева представила его в лодке, лежащим в ящике из-под апельсинов, полностью зависимым от доброты незнакомцев. Опасность для трона была реальна.

Ей нужно было думать не только о себе. Она беспокоилась о Чарльзе – чувствительном ребенке, уже сознающем, какие обязанности ему предстоит исполнять и на какие жертвы придется пойти. Храбрая маленькая Анна действительно казалась “вечным двигателем”, но и у нее были свои уязвимые места. Мысль об Анне вернула ее к отчету инспектора Дарбишира.

Королева приподнялась на подушках, размышляя о своей любимой дочери. Весной у Анны внезапно разболелось ухо – ужасная инфекция, которую она, вероятно, подхватила в дворцовом бассейне. Боль валила ее с ног. Анна редко плакала, только если что-нибудь случалось с одним из их животных, но в тот вечер после купания она рыдала и повторяла: “Сделай так, чтобы оно перестало, мама!” – и сердце матери разрывалось.

Королева просидела с ней лишние полчаса, напевая песенки и читая из “Золотой сокровищницы стихов”, прежде чем оставить принцессу в надежных руках няни. Эхо детского плача еще долго преследовало ее. В ту ночь она сама не сомкнула глаз.

Это был последний день марта, вспомнила она: воскресенье перед тем, как она отправилась в Бродлендс, где к ней позже присоединился Филип и откуда они вместе выехали в Париж.

В ту ночь она даже не пыталась задремать; глядела, как часы отсчитывают секунды, и думала о страданиях бедной Анны. Она взяла Библию, чтобы прочитать несколько стихов из Псалмов и Песни Песней – обычно это успокаивало.

Когда она оторвалась от книги, была половина пятого утра. Что-то встревожило ее: шум в коридоре за дверью спальни. Она прислушалась: может, она нужна Анне, но это был вернувшийся домой Филип. Она слышала, как он что-то говорит лакею у двери своей спальни, в дальнем конце коридора. Затем она наконец уснула.

На следующий день королева была занята, а вечером всех отвлекла программа “Панорама” на Би-би-си об урожае спагетти в Италии. Оказывается, паста растет на деревьях. Несколько человек во дворце безоговорочно этому поверили – все-таки Би-би-си, – пока ведущий не объявил, что это первоапрельская шутка. Филип не сказал, где он был прошлой ночью почти до рассвета, а она не стала спрашивать: не хотела показаться ворчуньей.