Книга Ветер с Северного моря, страница 50 – Анна Морион

— Хелен? Вы в порядке?

Спокойный мужской голос, прозвучавший со стороны, прямо рядом с ней, заставил Хелен вскрикнуть и вскочить с кровати. В комнате было темно – окна были наглухо закрыты тяжелыми гардинами, но Хелен поспешно подбежала к окну, с силой оттянула гардины в стороны и зажмурилась от яркого утреннего света, который тотчас наполнил собой спальню.

— О, Боже! Это вы! Это всего лишь вы! – громко пробормотала она, увидев лежащего на большой кровати Бьорна-Магнэ. Ее муж полулежал, приподнявшись на локтях, и, с прищуренными глазами смотрел на Хелен. Его длинные ноги и нижняя часть туловища были скрыты под одеялом, но мускулистый торс был открыт взгляду жены, и она смотрела на него с тревогой и неприкрытым удивлением, словно спрашивая, что он делает в ее кровати, и что произошло этой ночью.

— Да, это всего лишь я. Вы ожидали в вашей постели кого-то другого? – усмехнулся Бьорн-Магнэ. Он приподнялся еще выше и облокотился спиной на подушки.

— Нет, нет! – поспешно воскликнула Хелен. – Мне приснился очень страшный сон… – Она вдруг увидела улыбку и блестящие глаза мужа и поняла, что стоит перед ним абсолютно нагая… И не только перед ним, а перед окном! Ее могут увидеть слуги! – Боже мой, как неловко! – пролепетала она, кинулась к своему свадебному платью, аккуратно висевшему на спинке кресла, и, как могла, прикрылась им от пристального взгляда супруга.

«Как болит между ног… Он лишил меня девственности!» – вдруг осознала она, чувствуя, как ноет ее тело при каждом движении. И эта мысль заставила ее забыть о сне, Рафаэле, о мертвецах, и вспомнить о том, как смело и неистово она встретила свою первую брачную ночь с почти незнакомым ей мужчиной.

— Доброе утро, моя дорогая супруга, – приветливо сказал Бьорн-Мангэ, сложив руки за головой и принимая позу истинного хозяина этой спальни. В его движениях было что-то хищное, а его расслабленная поза придавала ему вид собственника и заставила Хелен отступить едва ли ни к самой двери.

Хелен была так сконфужена, что желала просто сбежать отсюда, от него, пусть бы и голой, пусть бы и в коридор, полный зевак, но она трезво понимала, что эта роскошь была ей недоступна: он – ее муж, и, пусть он не ушел ночью, как она на то рассчитывала, а остался, он имеет полное право быть здесь, лежать в этой кровати и смотреть на нее… И все же… Ей было невероятно неловко стоять перед его взором голой… Точнее, прикрываясь одним лишь платьем.

«Он так смотрит на меня… Конечно! После того, что я вытворяла вчера, он считает меня мерзкой похотливой распутницей!» – с отчаянием подумала Хелен, не зная, ответить ли ему вежливо или истерично попросить его покинуть ее сейчас и немедленно!

— Доброе утро, мистер Нордстранд… – все же, выбрала сказать Хелен.

— Вы можете называть меня просто Бьорн или Магнэ, как вам больше нравится, – склонив голову набок, решительно прервал ее муж.

— Доброе утро, Бьорн-Магнэ! Разрешите ли вы мне называть вас так? – послушно сказала Хелен, хотя сама она предпочла бы всю жизнь называть его «мистером Нордстрандом», и чтобы он называл ее «миссис Нордстранд», а не просто «Хелен», как какую-нибудь горничную.

— Конечно, Хелен, как вы того пожелаете. Как вы себя чувствуете? – спросил Бьорн.

— Я? – Хелен смотрела на супруга и не знала, что на это ответить.