Книга Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи, страница 71 – Николетта Фэй

— Перестройка остановила отбор у детей, но одно ядро не может долго питать весь рубеж, — говорит маг. — После повреждения центрального контура запас уходит быстрее расчёта.

Мерран первым нарушает тишину и спрашивает, сколько осталось до полного падения. Севран ещё раз сверяет цифры, хотя ответ уже виден по его лицу.

— Тридцать шесть часов.

Глава 29. Признание мужа

— Тридцать шесть часов.

Севран оставляет измеритель на столе, но стрелка продолжает ползти вниз. Над северным склоном защитная дуга ещё видна — тонкая, с провалами между маяками. На площади больше никто не спорит о документах.

Мерран первым приходит в себя.

— Значит, шахту открывают немедленно. Кристаллы возвращаются в контур, архив передаётся Совету. Остальное решим после стабилизации границы.

Он говорит так, будто цифра вернула ему право распоряжаться всем. Несколько солдат уже делают шаг к столу с клинком и сердечной пластиной.

Я становлюсь перед доказательствами. Рядом со мной оказываются Рина и Эда, хотя обеим велено держаться в тепле. Ивен прячется не за матерью, а возле её локтя, внимательно следит за руками санитаров.

— М-1 и М-2 не вернут щит, — говорю я. — Они хранят остатки огня двух детей. Совет получит несколько часов и вернёт прежнюю систему.

Мерран требует подтверждения от Севрана. Маг снимает перчатку, переворачивает страницу и показывает новую руну, появившуюся после отдачи Аларика.

— Матрица изменилась. Детский огонь она больше не принимает. Вернуть прежнюю схему можно, только уничтожив новое сердце вместе с М-3. Тогда щит упадёт сразу.

По строю проходит глухой шум. Мерран сжимает перчатки в руке, но не успевает приказать магу замолчать.

Аларик спускается с крыльца рядом с Бриной. Просит её отпустить, делает ещё два шага сам и останавливается, когда дыхание становится слишком частым. Под плащом скрыта свежая повязка; ни цепи, ни оружия на нём нет.

— Тебе нельзя стоять, — говорю я, подходя ближе.

Он смотрит на приготовленный для него стул у стены, потом на солдат, которые много лет исполняли его приказы.

— Тогда поставь его здесь. Я скажу сидя.

Аларик не просит позволения говорить за меня. Он просит стул, потому что иначе не выдержит. Я киваю Альме; она вместе с молодым солдатом переносит его на середину площади. Аларик садится медленно, придерживая бок, и ждёт, пока люди перестанут переставлять ящики и шептаться.

Мерран делает шаг к нему.

— Совет вернёт вам командование, если вы сейчас подтвердите, что запись под землёй искажена воздействием шахтной системы. От вас не требуется оправдывать Эверта или Кассандру. Достаточно признать документы непроверенными и передать расследование столице.

Предложение звучит почти разумно. Несколько офицеров смотрят на Аларика с надеждой, которую не скрывают.

Он не отвечает сразу. Проводит ладонью по колену, словно ищет там отсутствующую рукоять меча, потом замечает собственное движение и убирает руку.

— Если я назову запись подделкой, вы вернёте мне цепь? — спрашивает он.

Мерран разглаживает край белого плаща.

— До решения Совета — временно. Этого хватит, чтобы подчинить гарнизоны и стабилизировать рубеж.

Легат делает ударение на последнем слове. Аларик переводит взгляд на тусклый щит. Командовать ему было бы проще, чем сидеть перед людьми без звания.