Книга Королева, страница 130 – Елена Тимофеева

Царь Феанор, как метель стихла, отправился осмотреть береговые линии и долго стоял у застывшего моря, думая о юной девушке, что, дерзко усмехаясь, сорвала с его руки кольцо с рубином и надела себе на палец.

— Достанет ли тебе сил? – спросил он раздумчиво, глядя на скованные морозом волны.

Гаркана, едва утих ветер, собралась в дорогу, и напрасно бес Потанька отговаривал её не ходить, не послушала. Повязала голову тёплым платком, надела тяжёлый овчинный тулуп, пимы до колен, взяла посох и побрела по снегу. Уж ежли что вбила в голову себе, так нипочём не отступит, это Потанюшка знал, а потому поворчал, повздыхал да и поспешил следом, прыгая по сугробам да проваливаясь в них чуть не по пояс.

Долго шли до оврага. Лишь раз упросил бесёнок остановиться упрямо бредущую по снегам отшельницу, усадил на поваленное ветром дерево, поправил сбившийся на голове платок, достал из-за пазушки бутыль с молоком и кусок хлеба и заставил поесть.

Девушка подкрепилась и продолжила путь. Легче идти стало, и когда вышла к обрыву, сразу увидела на том берегу узкое алое полотнище на острие наполовину занесённой снегом пики. Без слов, без крика рванулась вперёд, остановилась на краю. Потянулась навстречу взметнувшемуся алому шёлку, что трепетал на ветру, будто живой лепесток огня.

— Достану! – решил Потанька и лохматым колобком скатился вниз по склону, Гаркана и остановить его не успела.

И получаса не прошло, как прижимала к заплаканным глазам алый шёлковый лоскут, и казалось, слышала шедший от него лёгкий запах валерьяны и мяты.

До этой метельной ночи не знала Гаркана, как сильно, оказывается, любила она Инквизитора Кронии. Когда в порыве отчаяния и безнадёжных иллюзий послала его на войну с Руаной, и узнав, что Королева сильнее и шанса на победу у Торвальда Лоренцо нет, сжалось сердце Гарканы. Но тогда ехала к нему исправить свою подлость, смыть предательство, тогда не осознавала, что трепещет не за прощение Арий Конрада, а за жизнь Великого Инквизитора. А прошедшей ночью, когда ветер донёс до неё его голос с края бездны, поняла Гаркана всё, и теперь успокаивалось, утихало страдающее от разлуки любящее сердце. Он жив, он любит её, он оставил здесь знак для неё, как надежду, как отчаянную просьбу поверить и дождаться. Ещё одна зима ожидания и надежды, но то другая зима, и она дождётся. Теперь только перезимовать, и, когда придёт весна, они будут вместе.

Королева Руаны и министр финансов встретили военный обоз в той самой деревеньке, с которой и пошло начало освободительной войны Демиры. В той корчме, где когда-то сразила дерзкая воительница наместника Пиара и собрала первый свой отряд, ожидали её будущие солдаты, коих набрал для неё Инквизитор Кронии.

Демира приняла из рук хмурого начальника отряда грамоту от Инквизитора, прочла. Подняла взгляд на Валерию, одетую, как и все солдаты, в замшевые штаны, высокие сапоги, шерстяную рубаху, жилет-щит из толстой крепкой кожи, нарукавники, наколенники. Мятежница ответно смотрела на Королеву, но взгляд её не выражал ни страха, ни почтения, а лишь живой интерес. Вот она, королева Руаны, Демира, та, что будучи вне закона, сумела подняться на самую вершину. Что решит она, какой удел изберёт для смутьянки? В её руках теперь была судьба Валерии.