Книга Королева, страница 129 – Елена Тимофеева

Это был их первый поцелуй, Арий Конрада и Демиры. Тогда, в пещере, а не в его каменных чертогах в ночь бала накануне великого похода. И первая их ночь была тогда же, в пещере. В ту холодную метельную ночь, когда обнявшись, сплетясь телами, девушка и волк крепко спали на войлоке, согревая друг друга. И одно дыхание было на двоих, и на двоих одно биение сердца.

— Ты ушёл в буран, а я осталась, – тихо сказала Демира, прижимаясь лбом к холодному стеклу окна.

От её дыхания сразу запотело стекло, прозрачные стрелы морозных узоров распустились на нём, скрывая от взора бушующую метель.

— Зверю не место подле человека, – добавила Королева, вслух отвечая своим мыслям, – но знай я, что ты человек, я никогда не отпустила бы тебя. Прижала бы к своему сердцу и держала крепко. А теперь поздно, – с тихой грустью заключила она, – теперь другие у нас дороги, у волка-одиночки и волчицы, ведущей огромную стаю… Но что за польза обрести власть над миром, а душе своей наперекор пойти?

О том же думал и владыка острова Форс, царь Феанор, глядя в буран сквозь подзорную трубу с башни прибрежного маяка. Морозом сковало в последнем беге морские волны, и снег теперь заметал их, неразличимыми делая воду и сушу. Так и души человеческие, порою сокрыты большими снегами, и не различить на первый взгляд, что там, глубоко – холодная бесплодная земля или бурлящие волны.

Руанская принцесса дала ему слово и бесстрашно обнажит меч против чудовища, дремлющего теперь на дне морском. Освободит от страшной дани жителей его острова, примет с людской благодарностью всю полновесность золотой короны и вступит на царство, но разве власть наполнит её душу? Разве дарует покой, равновесие и тихое счастье? Лишь холодом сожмёт сердце, научит дерзко щурить глаза от бьющего в лицо ветра, усмехаться зло, и поможет забыть, что когда-то могла чувствовать всё, вспыхивать от искры и гореть ясным огнём.

Норт Безликий, хозяин Ледяных Скал Безвременья, тоже наблюдал за метелью, стоя на самом Пике, где Кронос начал Отчёт Времени. Ловил студёный ветер руками; раскрыв голодную пасть, жадно заглатывал падающий снег, упивался его холодной сладостью.

Последнияя зима вступила в свои права. Её хватит как раз, чтобы неспешно отшлифовать три грани Кристалла Вселенной, доведя их число до двенадцати. А оставшиеся две он отшлифует весной… под светом последнего лунного дитя и дочери Солнца.

Норт Безликий вскинул вверх руки, сменил морду белого барса на любимый облик свой – юноши с прозрачными, будто два ледяных алмаза, пустыми, как бездна, глазами, и громко расхохотался. И смех его, будто перезвон набата, пророчащего беду, полон был злого торжества. Тонкий, пронзительный, проникающий в самое сердце, он сорвался вниз с Пика Времени, заставив жителей приграничной деревни плотнее запереть двери и ставни в своих домах. И в животном ужасе скорчиться на полу, заткнуть уши, подручного его, жалкого слабого человечка, бывшего первого министра Руаны, Дан Лукаса.

К утру стихла метель, и вернулись жители городов и деревень к своим делам насущным. Королева поехала встречать военный обоз из Кронии, не успевший добраться до столицы из-за непогоды и вставший на сутки в маленьком городке по пути. Ливий со скуки с нею увязался.

Последний из Ордена Сов спустился в святилище Гекаты служить мессу. Ария засела за книги, с его, конечно же, позволения. Что там пророчили древние предсказания? Что за чудовище такое – Дагон, откуда он взялся и почему держит под властью своей остров Форс? Какое зло породило Норта Безликого, и откуда достанет сил у лунного дитя на противоборство с ним? Ария погрузилась в чтение, и напрасно бесиха Марыся кликала её обедать, так и не дозвалась, ушла, сердито хлопнув дверью. Но потом передумала, пожалела девку непутёвую и принесла обед ей в комнату.