Книга Клятва верности Книга 2, страница 48 – Вера Окишева

— Всего два часа лёту, не так и далеко, — отозвался Дантэн, обнимая за плечи девушку и уводя к лифту.

Чемодан Заречиной плавно левитировал за ними, как призрак того, что всё уже решено, и Фима сама подписалась под согласием, что Ход руководил в их тандеме.

Дантэн краем уха слушал разговоры Симы то с родителями, то с подругами, то с Ахметовым, то с начальником. Никто не верил, что Заречина могла всё бросить и умчаться к морю с атландийцем.

— Он что и вправду прилетел за тобой? — ахала Анита, а Фима скромно поглядывала на ухмыляющегося Дантэна и не знала, что и ответить.

— Да, — после долгих сомнений смело ответила она.

Другой причины вообще не было. Ну что Сильнейшему делать на Земле, если он с трудом переваривал пробки и, хмурясь, устраивал опасные трюки, перелетая с одного уровня транспортной трассы в другой, лишь бы поскорее вырваться за пределы столицы и её пригорода.

— Ну ты и смелая, — поразилась отваге Заречиной блондинка. — Я бы не смогла как ты. А как же работа?

— Я уволилась.

— Да ты что?! — снова заохала Анита, а Ход фыркнул и чуть склонил голову, чтобы заглянуть в экран Симиного комфона.

— Добрый день, сиара Суханова, — спокойно поздоровался с блондинкой атландиец, а девушка ахнула, испугавшись.

— Он что? подслушивал? — прошептала она, глядя на Фимe, которая попыталась рукой отодвинуть Хода.

— Анита, прости, но я не понимаю, чего вы все переполошились? Вы же с Юлианой знали, что мы спим вместе.

Анита молчаливо ахнула, прикрыв ладошкой рот и выпучив глаза. Затем залепетала, оправдываясь перед Заречиной:

— Вы не думайте, мы не думали ничего неприличного. Ну спали и спали. Не раздеваясь же. Ой, ну то есть спали, просто спали, а не в том смысле спали.

— В самом прямом спали, — усмехнулся Ход, а Серафима шикнула на развеселившегося атландийца.

— Анита, он за штурвалом, так что ты прости, но я потом тебе позвоню.

— Ага, давай. Ты прости, если что не так. Я же не знала, — тихо прошептала Анита и отключила связь.

А Серафима обиженно насупилась, молча сверлила в бессовестном Сильнейшем дыру. Но, увы, безуспешно.

— Ход, так нельзя, — отринув попытки воззвать к совести бесстыдника, девушка перешла на более действенные способы — разговор по душам. — Ты ещё простынь вывести с девственной кровью, чтобы вообще все знали про наши с тобой отношения.

Глаза атландийца заискрились весельем. А сам Дантэн чарующе улыбнулся, словно мысль ему понравилась, Серафима даже на секунду испугалась, что он повернёт флаер, но вовремя вспомнила, что ту самую простынь благополучно отправила в стирку, и уж точно следов крови на ней больше нет.

— Я изучал вашу историю, — с нескрываемым любопытством заговорил атландиец, — неужели у вас ещё где-то сохранилась эта традиция каменного века?

Под его жарким взглядом девушка почувствовала себя обнажённой. Да, зря она затронула эту тему, так как у неё перед глазами вплыл образ атландийца в душевой, сидящего на корточках и протягивающего ладонь с окровавленными пальцами. Что в тот миг она испытывала, девушка не смогла бы описать словами. И стыд, и гордость, и радость, и благодарность — всё смешалось тогда в ней, а сейчас смущение вновь овладевало Симой.

— Ход, — настойчиво позвала его Сима, — не уходи от ответа.

Сильнейший усмехнулся и перевёл взгляд вперёд, на дорогу.