Книга Чужая жизнь, страница 84 – Вера Окишева

Но главное — это мир и спокойствие, которое воцарится после громких стонов шии Шияны.

Станция Луна-13

Я всегда знала, что мир наш катится в самое чёрное нутро самого Ада. Я помнила родную станцию красивой, блестящей. Но время не щадит ни людей, ни машины. Я оглядывалась по сторонам и не могла поверить, во что превратился мир моего безоблачного детства. Я крепко держалась за Алиаса, шарахаясь от любого громкого окрика. Мы вышли из зала прилёта, где нас встретил полный хаос и гомон прибывших с экспресса. Мы потонули в толпе, но шли вперёд, в сторону общего уровня. Станция «Луна-13» была одной из двадцати первых подарков унжирцев нашему правительству. Уже тогда шутили по поводу номера станции, но, на удивление, она продержалась до сегодняшнего дня, а вот её сёстры не все прошли испытание временем.

Наша станция была часто посещаемым местом, так как находилась возле нонарских границ, на орбите необитаемой и неприветливой мёртвой планеты. Ходили легенды, что когда-то давно она была обитаема, и даже строились планы по её оживлению. На ней хотели простроить купольные города, но то ли идея оказалась невыполнимой, то ли не хватило банально средств, а планы так и остались всего лишь планами.

На эту станцию жабоподобные прибывали в поисках рабочих. Мой отец был одним из таких вольнонаёмных и частенько пропадал в рейсах. Я плохо помню его лицо, но карие глаза, которые мы с сестрой от него унаследовали, всегда были полны вселенской усталости. Мать же, белокурая красавица, держалась всегда бодро и поддерживала нас. Это потом наша тётка открыла нам глаза, что содержать жилблок мои родители не могли самостоятельно и занимали у неё кредиты. Поэтому она после их смерти сумела отсудить его, а нас выставить за дверь.

Я плохо помнила адрес. Пятый уровень, а вот номера жилблока не помнила. Но Алиас всё узнал сам и уверено вёл меня в сопровождении двух телохранителей к лифтам.

— Тут не всегда было так ужасно, — тихо шепнула я Алиасу, поглядывая на расписанные нецензурными словами стены кабины лифта.

Тамино кивнул, поджимая губы, брезгливо осматриваясь кругом.

— Надеюсь, — услышала через несколько секунд, перед тем как двери лифта отворились, и я с облегчением выдохнула.

Пятый уровень был таким, как я помнила: чистые, блестящие белые стены с коричневыми поручнями по обе стороны. Алиас приободрился, а я шла, ведомая воспоминаниями. Дверь я узнала ещё издали, и хотела поскорее до неё дойти, но Тамино не давал мне шагать впереди охранника, а второй замыкал нашу процессию. С нетерпением смотрела на заветную дверь, возле которой мы остановились, а Алиас нажал на звонок.

— Кто там? — спросил нас старческий скрипучий голос из динамика, а с монитора подслеповатыми глазами смотрела незнакомая старушка. Я же помнила тётку взрослой женщиной.

— Здравствуйте, я Кэйт Гофман, хотела встретиться с госпожой Мари Гофман, — как можно громче представилась я.

— Госпожой? Так меня давненько никто не называл. А Мари только роботы в пенсионном отделе зовут. А зачем вы хотели со мной встретиться?

Я переглянулась с Алиасом. Он сурово смотрел на мою тётку и, кажется, не удивился её приему.

— Вы меня не узнаёте? — попыталась объяснить суть встречи. — Я ваша племянница, Кэйт.

— Племянница? Разве у меня есть племянница?