Онлайн книга «За гранью возможного»
|
Гиацинт покачал головой: — Вот скажи, ты никогда не спрашивал себя: зачем жертвы в фильмах ужасов так легкомысленно спускаются в тёмный подвал, хотя прекрасно слышат доносящиеся оттуда страшные звуки? О да, я ненавидел такие фильмы. Сначала героям не терпится войти в мрачный особняк, где обитает привидение повешенного убийцы с топором, а потом ещё удивляются, почему этот топор вдруг застрял у них в голове… — У Квинна правильный настрой. – Профессор Кассиан улыбнулся сначала мне, а потом Гиацинту. – Если мы будем делить мир лишь на добро и зло, то никакого диалога не получится. Фрей не такой уж глупый и грубый злодей, каким ты его видишь, Гиацинт. Всё гораздо сложнее, и понимание неоднозначности этой ситуации было и остаётся ключом к решению проблемы. — Может, хочешь сказать, что у Фрея было трудное детство? – раздражённо спросил Гиацинт. – Всё, чего я хочу – это чтобы с Квинном ничего не случилось. Он ещё не совсем освоился в новой реальности, по-прежнему физически и психически травмирован несчастным случаем и не слишком преуспевает в силе воображения. А вам вздумалось бросить его в лапы к Фрею на поле битвы только потому, что вам это удобно из политических соображений. Другими словами, он считал меня полным идиотом. Что ж, возможно, в этом была доля правды. Но, по крайней мере, в том, что касается воображения, Гиацинт ошибался. Сегодня в тумане-дурмане я использовал силу воображения как настоящий профессионал. Непонятно как, но это сработало. А значит, я смогу провернуть этот трюк ещё раз. Фея положила руку на покрытое разноцветными татуировками плечо Гиацинта: — Остынь немного, сынок. Мы не позволим, чтобы с Квинном что-то случилось. И дело не только в политических соображениях. Стоит разузнать, что именно Фрей задумал на этот раз, как он готовится к ритуалу у звёздных врат. Ведь осталось всего несколько месяцев. «Ах вот как!» Я подавил вздох. За последние двенадцать часов я уже узнал больше нового, чем способен был усвоить. И вовсе не факт, что мой мозг технически способен воспринять ещё хоть какую-то информацию. «Эх, если бы рядом сейчас была Матильда, она бы только обрадовалась такой возможности и помогла бы мне собраться с мыслями». И я неохотно сказал: — Может, расскажете мне побольше о пророчестве, звёздных вратах и обо всех остальных штуках. И… «о силе памяти». — Все эти вещи связаны между собой. – Профессор Кассиан откинулся в кресле и достал из жилетного кармана серебряную табакерку. – Мне казалось, что феи уже давным-давно ответили на все вопросы, но, конечно, я с удовольствием дополню твои познания. – Он ласково улыбнулся мне. – Это, кстати, ещё и рассказ о том, как незабудка получила своё название. Память, Квинн, – это единственный рай, из которого нельзя изгнать человека. Так говорят у вас, у людей. А мы, эоны, этого рая лишились. – Он принялся неловкими движениями набивать трубку, появившуюся из ниоткуда в его руке. – Всё началось много тысяч лет назад… «Что ж…» Сил моих больше не было вслушиваться в эту тягомотину. Профессор любил бессвязные объяснения, а сейчас он зашёл особенно издалека. Гиацинт тем временем улыбнулся мне, вытянул ноги и, усевшись поудобнее, сложил руки на затылке. На его лице появилось странное выражение: смесь покорности, злорадства и жалости. Фея встала и начала расхаживать взад-вперёд перед камином. Не похоже было, что она пыталась убить скуку, а, скорее, успокаивала нервы. |