Книга Уж на красной сковородке, страница 71 – Валерий Шарапов

Верест перед отправкой в аэропорт заскочил в больницу. Шел по коридорам с колотящимся сердцем. Но нет, сегодня был не этот день. Алена дышала, но в себя не приходила. В дверях столкнулся с мужем — тот был бледный, как моль, настрадался, бедняга. Собрался было что-то сказать — возможно, получил «секретную» информацию. Верест нахмурился: «Пройти разрешите, гражданин?» — и больше не смотрел в его сторону. Не имелось расположения участвовать в любовных треугольниках и прочей геометрии.

Состояние было адское. Словно предавал эту девушку. Он должен находиться рядом, ждать, когда она придет в себя! А не гоняться по стране за упырями! Посидел у кровати, молча посмотрел на спокойное лицо, потом резко поднялся и вышел. Пару минут поговорил с доктором. Естественно, тот сделает все, что в его силах. Ведь он давал когда-то клятву советского врача, а это не какая-нибудь клятва Гиппократа, которую дают молодые специалисты.

Он не мог избавиться от этого наваждения. Лицо Алены стояло перед глазами. Казалось, она не дышит. Но, согласно приборам, жизнь в ней теплилась, а приборам виднее…

Посадка прошла успешно. Пассажиры шутили: советские дороги — они и в воздухе советские дороги. Крамолы в этих словах, к сожалению, не было. Вся страна читала журнал «Крокодил» и смотрела киножурнал «Фитиль».

Аэропорт Казани гудел, как растревоженный улей. Народ давился в очередях у стоек регистрации. Росло как на дрожжах благосостояние народных масс — большинство уже могло позволить себе дорогостоящие перелеты.

Капитан со сложно произносимой фамилией доложил: машина готова, до вокзала в Зеленодольске домчит за час. К услугам товарищей чай, кофе, легкие закуски. Можно позвонить из секретной комнаты, оборудованной телефонной связью. Время терпело.

Верест отправился к телефону. Пока он вел переговоры, лейтенант Тимаков за дверью разминался легкими закусками и общался с очаровательной сотрудницей аэропорта. Ушел сигнал в Новосибирск — тамошним товарищам. Товарищи приняли к сведению. «Озадачились» коллеги на транспорте в Зеленодольске. Сообщал капитан Кондратьев из Сочи: установлена личность погибшего на станции. Некий гражданин Махмудов, ехал с пересадками из Поти в Воронеж. Что именно произошло, пока не установлено. Связались с женой. Махмудов был одет в светлый бежевый плащ, того же оттенка шляпу, из вещей был лишь кожаный портфель с едой и сменной одеждой.

Опрошены работники железнодорожной станции в Адлере, сотрудники линейного отдела милиции, патрулировавшие перрон. Люди видели гражданина в подобном плаще и шляпе, при нем, кажется, был портфель. Садился то ли в третий, то ли в четвертый вагон. Проводниц, к сожалению, опросить невозможно — они трясутся в вагонах по просторам страны вместе с предполагаемым преступником.

Верест насторожился, перезвонил коллегам на транспорте, раздал инструкции: выявить, вести, ни в коем случае не брать. Преступник не должен почувствовать слежку.

Тимакова пришлось за уши отрывать от очаровательной сотрудницы «Аэрофлота». Он что-то черкал ей в блокноте, видимо, свой номер в Сочи, девушка при этом загадочно улыбалась. Она была хороша собой.

— Губа не дура, Тимаков, — одобрил выбор подчиненного Верест, выталкивая парня из здания аэровокзала. — Скажи мне, Казанова, какого хрена ты снимаешь девчонок, когда у самого невеста в Сочи?