Книга Мой ласковый и нежный ... эльф, страница 8 – Елизавета Соболянская

Что ж, в рейд так в рейд. Глава 5

На следующее утро Марианна выехала из дома очень рано. Вторую лошадь девушка вела в поводу. Седельные сумки набила травами, припасами и оружием. Подозревала, что виконт уже в курсе ее появления в городе, и не просто так за выгоревшей магичкой прислали стража.

В город девушка въехала сразу, как открыли ворота.

Пробралась по лабиринту улиц в старую часть, отыскала среди пыльных каменных домишек один — чуть повыше, попросторнее, с новой черепичной крышей, и, не спешиваясь, стукнула в калитку.

На стук во двор высыпали ребятишки — не то чтобы совсем мелкие, но все, судя по возрасту, родились в период войны с эльфами. Марианна вздрогнула, но даже не удивилась, увидев среди них парочку светловолосых с длинными ушками.

Она-то знала, что эльфы только внешне выглядят как замороженные статуи, внутри — те же самые мужики. С обычными желаниями и потребностями.

— Дядьку Калеба позовите, — негромко попросила баронесса, разглядывая ребятишек. Многовато для одного стражника, даже если он принес с войны неплохой куш. Да и… разные все слишком.

Старый воин вышел во двор, прищурился на рассветное солнышко и улыбнулся:

— Маришка, с чем пожаловала?

— Сегодня сбор в рейд, — ответила девушка, спешиваясь, — хочу узнать, как все это обычно проходит, чего ждать.

— А, ну зайди, чайку хоть выпей, — жестом пригласил ее Кондрат. — Опасаешься, что виконт задумал чего?

— Наверняка задумал, — без улыбки ответила девушка, — о том, что я приехала, он узнал буквально на следующий день. Мальчишка из трактира проболтался, что к хозяину приезжали люди из города и задавали вопросы.

Калеб только махнул рукой:

— Заходи, Мелда как раз завтрак готовит.

Ребятишки остались на улице — гладить и кормить травой лошадей, а Марианна зашла в дом.

Большая комната на первом этаже поражала минимализмом — большой стол, составленный из нескольких, подогнанных по высоте, лавки вдоль стен, скамейки, несколько табуретов, шкафчик с посудой, очаг и коврик перед ним. Колыбель.

Вот на колыбельке девушка и споткнулась. Кондрат, конечно, еще не совсем старик, шрамы и минувшая война прибавили ему возраста, но его жена — ровесница или младше только чуть-чуть, откуда же в доме младенец?

Между тем Калеб подошел к люльке, спокойно проверил, сухой ли малыш, качнул конструкцию и остро глянул на баронессу:

— Три дня назад нам на крыльцо подкинули. Эльфик.

— Эльфик? А почему тебе?

— Да видишь ли, — мужчина почесал в затылке, — я же с первым ополчением ушел. Мы тогда в самую гущу попали. Писем не писал, деньги попросил жене выплачивать, а отец твой все исполнял и писарям под клятву велел так же делать. Мелда одна с детьми осталась. Дом большой, доход есть, она и сама на месте не сидела, и старших к делу привлекла — они огород садили, живность держали, рукодельничали, да еще ночами на стены бегали — сторожить. В общем, лучше многих жили. Потом сюда беженцы потянулись. Работы нет, денег нет, жить как-то надо… Вот и подкинул нам кто-то на крыльцо ребятенка… с ушками.

Марианна сглотнула.

Понятно, что малыш, скорее всего, плод изнасилования, и мать пошла на такой шаг от отчаяния, и все равно сердце кольнуло тупой иглой.

— Наши тогда уж большие были… Мелда девчонку ту приняла, выкормила, а потом еще подкинули, а некоторые сами пришли — мелкие, голодные, злючие…