Книга Диспноэ, страница 127 – Юлия Арвер

Несмотря на то что Гордий исходил ядом от вмешательства «рыжего выродка», мать Лизы не мешала их противостоянию. Правда, стоило Алану отлучиться, как кошмар наяву возвращался. Похоже, мамаша попросту веселилась, наблюдая, как в глазах Лизы гасла надежда, но по возвращении Алана загоралась вновь. Позже он угодил в лапы Первого отдела, и случилось убийство русалки…

— Эмиль! – воскликнул Алан и упал на колени перед домовым. Лиза на миг решила, что Проклятый собор таки свел его с ума, но потом увидела черный хвост. Кот!

Звериная форма Эмиля – черный кот, и сегодня он нагло явился к ней в квартиру, но предусмотрительно замаскировался, чтоб ни один глазастый шпион не заметил. Мало ли котов расхаживает по улицам Петрограда и просачивается в парадные вместе с нерасторопными прохожими? Возникал всего один вопрос: как оборотень преодолел защиту?

— Как он сюда попал? – Лиза уперла руки в боки и устрашающе взглянула на домового.

— Я впустил. Помню, что этому рыжему он как сын.

Домовой покосился на Алана, который с нежной улыбкой прижимал к груди урчащего кота. Лиза тоже улыбнулась уголками губ, пораженная искренней нежностью Алана. Обычно он казался сгустком сарказма, но Эмиль, похоже, знал его совсем другим. Отцом, которого лишился в раннем детстве. Тайна его появления рядом с Аланом так и осталась неразгаданной, но факт оставался фактом: чистокровный демон воспитал оборотня как собственного сына и передал ему свое дело.

— Это Эмиль? – сонно изумился Ник. На его лице проскользнуло недовольство, но быстро исчезло, стертое усталостью.

— Тот самый управляющий «Мертвой водой»? – подхватил Воронцов. – Я его по-другому представлял. Более… человеком, что ли.

— Хвостатым он мне больше нравится. Молчит хотя бы, – пробурчал Ник, пошатываясь, добрался до дивана и со стоном плюхнулся на него.

— Как я посмотрю, ты уже знаком с моим воспитанником. Он умеет располагать к себе людей, не так ли? – Алан, не спуская Эмиля с рук, уселся на тот же диван.

— Несомненно, – выдавил Ник с таким видом, будто где-то завоняло дерьмом, и устало прикрыл глаза.

Урчание сменилось утробным рыком. Эмиль мог продемонстрировать недовольство только так. Максимум: запустить когти в обидчика. Обратиться обратно в человека он сможет только на том же месте, где перекинулся котом, кувыркнувшись через нож.

— Оставляю тебе, Нико, самое ценное.

С этими словами и гадкой ухмылочкой Алан отцепил от себя Эмиля и поставил на колени Ника. Сию же секунду кот оттолкнулся от джинсовой ткани, наверняка оставив царапины даже на коже, спрыгнул на пол и демонстративно последовал за наставником.

— Э-э, нет. Я иду в душ. Будь добр, останься с Нико. Вам придется подружиться. Так уж вышло, что какое-то время его в моем доме ты будешь встречать чаще, чем нам обоим хотелось бы.

Кот нехотя направился к Нику, который, нахмурившись, рассматривал дырку на новых джинсах, оставленную острым когтем. Оба не выглядели расположенными к диалогу, но Эмиль, покорный воле наставника, уселся рядом и демонстративно отвернулся.

Лиза с интересом наблюдала за семейной драмой, но от спектакля трех актеров пришлось отвлечься, чтобы выдать Алану чистое полотенце. Пока он плескался в душе, Лиза отправила Ника спать на свою кровать.

— Сегодня первый раз, когда я пустила тебя в свою постель. Отметь эту дату в календаре, – торжественно объявила она, вручая Нику подушку и плед. Спать с ним под одним одеялом Лиза, несмотря на дружбу, не собиралась.