Книга Диспноэ, страница 56 – Юлия Арвер

Но он совершенно точно балансировал на грани бешенства!

— Я чувствую себя виновным в их смерти. Будто я своими руками задушил их, – признался Ник.

— Ольга еще жива. Это так, если ты вдруг забыл.

Ник фыркнул и замолчал до конца недолгой дороги.

Наконец перед ними распахнулись знакомые ворота имения Верещагиных, и Ник припарковал машину рядом с авто Германа.

— Ну, конечно, Варя и ему позвонила, – буркнул Баркалов и выскочил из-за руля, как ошпаренный черт из табакерки.

Дворецкий уже нетерпеливо переминался с ноги на ногу у распахнутых дверей и, завидев их, бросился навстречу.

— Господа, прошу, поспешите за мной. Гостье княжны Варвары все хуже! – воскликнул он, позабыв свое извечное «Ваше Сиятельство».

Прямо у парадного крыльца стоял брошенный черный джип «Инфинити», мерцавший покрытыми воском боками. Значит, целитель уже прибыл. Такие редкие специалисты, обладавшие врожденным даром видеть болезни и лечить их, ценились во всем мире на вес золота и зарабатывали так же, как и ценились.

Дворецкий провел их в одну из гостевых спален на втором этаже. Дверь была распахнута, и оттуда слышались взволнованные голоса. Кирилл с Ником ворвались в спальню как раз посреди ритуала. Целитель пребывал в трансе, сжимая в руках подрагивающие руки Ольги. Она лежала поверх пушистого розового покрывала в той же одежде, в которой и приехала в дом Верещагиных.

Рот Ольги был открыт, словно в немом крике, но из горла не вырывалось ничего, кроме глухих хрипов. Она отчаянно пыталась вдохнуть, но не могла. Бледность кожи заставила Кирилла подумать о живых покойниках, и его передернуло. Ольге осталось недолго. Это понимали все: и он, и застывший в немом изумлении Ник, и хмурый Герман, и заплаканная Варвара, полулежавшая в мягком кресле, и грозный Михаил Верещагин – небезызвестный хозяин имения, который за ночь нарисовался дома.

Он, кстати говоря, одарил ворвавшихся гостей максимально неодобрительным взглядом. Если бы Кириллу не было плевать, он бы скукожился от физически ощутимого раздражения. Взгляд Верещагина метал гром, молнии и гневный вопрос: «На кой черт вы притащили задыхающееся тело ко мне домой?!»

В комнате царило молчание, иногда нарушаемое отчаянными хрипами Ольги и глухими всхлипами Варвары. Она так внимательно наблюдала за целителем, что не сразу заметила появление новых действующих лиц. Наконец Варвара увидела Кирилла и бросилась к нему в объятия, всхлипывая уже громче. Целитель шикнул, приказывая молчать. Варвара сцепила зубы и уткнулась в плечо Кирилла, сотрясаясь от рыданий всем телом, но молча. Тот успокаивающе погладил ее по спине и прижал к себе. Варвара покорно затихла, будто только этого и добивалась.

Все они замерли в немой сцене еще на семь долгих минут, которые терпеливо отсчитали старинные часы на стене. Размеренное «тик-так» эхом отдавалось в черепной коробке Кирилла, и в голове метались отчаянные догадки. Если Давыдов мог стать случайно выбранной жертвой, то покушение на Ольгу – не случайность, а продуманная акция устрашения. Кто-то знал о планах Круга и причине, почему Ольгу вообще пригласили туда. Убийца знал, почему Кирилл стремился сблизиться с Партией прогресса, где состояла Ольга. Знал и пытался не допустить этого.

— Она умирает, – наконец лаконично изрек целитель, отпустив руки Ольги.