Книга Лотерея соблазна, страница 20 – Синтия Обин

— Ты можешь писать и звонить в любое время дня и ночи.

Тиффани взяла свитер, повешенный на крючок за дверью, подхватила сумку и ключи.

— Думаю, пока главное — это визит к врачу в четверг.

С его точки зрения, ждать придется целую вечность.

Престон прошел за Тиффани в магазин, где она достала из шкафчика под прилавком золотую коробочку и быстро наполнила конфетами из разных подносов на витринах.

— Это для моей мамы, — объяснила она. — Конфеты отлично помогают забыть о невнимании дочери.

— А как насчет невнимания брата?

— В этом случае, как я слышала, они помогают даже лучше.

Отложив коробку в сторону, она взяла вторую.

— Мэгги любит фруктовые начинки, если я правильно помню.

— Откуда ты знаешь?

— Такие конфеты время от времени покупает Джерико.

— Вот как?

— Да. И часто приходит с огромным букетом цветов, боится, что он завянет в машине за несколько минут его отсутствия. — Тиффани перешла к другому подносу. — Никогда не видела, чтобы он так трепетно к кому-то относился.

Престон поспешил унять внутреннее раздражение, возникающее всякий раз, как слышал это имя. В последнее время он начал испытывать к ней нечто похожее на расположение.

Ему стала нравиться мысль о помолвке сестры с мужчиной внимательным, придающим значение мелочам, которые она любит. Сам он никогда не был таким парнем. Даже женихом. Санни никогда не делала замечания, не жаловалась, а он был слишком занят учебой и работой, чтобы думать о чем-то другом и замечать детали.

Сейчас он испытывал сожаление, но вовсе не оттого, что отношения их закончились, а оттого, что та версия себя самого ему не нравилась, он не делал для Санни ничего, что мог и должен мужчина. Короткое время, проведенное с Тиффани, явственно показало, как плохо он вел себя с Санни.

— Красная, черная или золотая? — Тиффани указала на резиновые ленты.

— Золотая.

Она ловко натянула ее на коробку.

— Сколько я тебе должен?

— Ничего.

Она погасила свет в кухне, включила сигнализацию и прошла к входной двери.

— Вот черт, совсем забыла, что ты оставил машину в переулке! Хочешь, выпущу тебя через заднюю дверь?

— Не стоит, я пройдусь.

— Вдруг кто-то увидит, как ты выходишь из магазина?

Престон поцеловал ее в щеку.

— Надеюсь, им понравится увиденное.

Престон встал у выхода на всеобщее обозрение и смотрел, как она закрывала магазин, затем прошел к джипу и распахнул перед ней дверцу.

— Какой сервис, — улыбнулась Тиффани. — Значит, увидимся в четверг утром?

— Если ты не решишь позвонить мне раньше.

— Еще раз спасибо за помощь.

— Всегда рад.

Он захлопнул дверцу и проводил взглядом выезжающую на Мейн-стрит машину.

Джип уже свернул за угол, когда он заметил на тротуаре фигуру главной сплетницы Ройала — Мэнди Меривезер.

Пробудившись от сна столь глубокого, что не сразу вспомнила, какой сейчас год, Тиффани поплелась в душ и стояла под струями, пока туман перед глазами не развеялся окончательно. Если бы мысли можно было так же легко привести в порядок!

Ей снова снился Престон. Она проснулась возбужденная, будто секса наяву ей было мало.

«Однажды — случайность.

Дважды — опыт».

Эти слова как поговорку любила повторять мама. Иными словами, то, что связывало ее с Престоном, больше нельзя называть случайной связью.

Посмотрев на отражение в запотевшем зеркале, Тиффани с удовлетворением констатировала, что не наблюдает никаких изменений. Небольшой след на груди после бурного секса, но его легко скрыть одеждой. Живот оставался плоским, лишь соски стали темнее — вот и все признаки беременности на этот день.