Книга Лотерея соблазна, страница 22 – Синтия Обин

На ней были черные легинсы и удлиненный белый свитер. Лицо раскраснелось, как после пробежки.

— Это на День благодарения, — произнесла она, увидев кусочек коржа для крошки в руке Тиффани. — Охлаждаю, прежде чем положить в морозилку.

— Обычно ты начинала подготовку за несколько дней.

— Ну, теперь, в связи с изменениями в личной жизни детей у нас будет больше гостей.

О боже, она даже не подумала о праздниках! Как же быть? Удастся ли найти повод не присутствовать? От этих мыслей в желудке все перевернулось. А ведь будут еще дни рождения и отдых всей семьей.

— Я не знала, что все соберутся у вас. — Тиффани вернула кусок коржа в холодильник.

— Может, не знала потому, что в последнее время редко сюда заглядывала? — ехидно спросила мама. — И сейчас ты ведешь себя как чужая. Даже не обняла меня. — Камилла вытянула руки.

Тиффани была рада оказаться в теплых объятиях, вдохнуть знакомый армат духов.

— Прости, мама. — В глазах блестели слезы. — Только закончила огромный заказ, устала.

Мама похлопала ее по спине:

— Все хорошо, милая. Хотя у нас, конечно, немало дел в связи с приготовлением к свадьбе.

— Кстати, как идут дела? — произнесла Тиффани в теплое плечо.

Камилла отстранилась и тяжело выдохнула:

— Мечтаю больше никогда в жизни не слышать слово «рассадка».

Открыв холодильник, достала бутылку любимого шардоне Тиффани. Вероятно, мама купила его специально для нее, от этого чувство вины кольнуло особенно сильно.

— Не могу описать, сколько мы потратили сил, чтобы разместить за столом людей, которые на протяжении десятков лет считали друг друга врагами. — Она открыла ящик и достала штопор. — Поверь, мне не раз хотелось вернуться в прошлое и вырвать сияющее ожерелье из пальцев Элизы Будро.

Камилла поставила на стол два бокала.

У Тиффани потекли слюнки при мысли о прохладном вине, как приятно будет ощущать послевкусие, но она остановила маму, когда та наполнила один бокал.

— Думаю, я откажусь. Сегодня у меня неприятные ощущения в желудке.

Как и весь последний месяц.

Мама нахмурилась, посмотрела с беспокойством и отставила бокал и бутылку.

— Ты действительно бледная. — Она приложила тыльную сторону ладони к ее лбу. — Ты не могла подхватить то же, что у Мойры и Стефа?

— У них отравление. Со мной все нормально, правда. Просто плохо спала ночью.

— Тревожилась из-за заказа?

Тиффани больше всего ценила в мачехе ее способность всегда найти самый простой выход из любой ситуации.

— В последнее время дела магазина заставляют меня больше шевелиться.

Камилла поправила прядь ее волос.

— Мне кажется, ты работаешь слишком много. Твоя сестра сказала, сегодня ты на рассвете уже была в магазине, заканчивала готовить заказ.

В этом есть доля правды. Мама открыла холодильник и достала банку имбирного эля, как делала всегда, когда Тиффани в детстве жаловалась на желудок. Она навсегда запомнила его вкус, как и то, как Камилла возилась с ней в начале их с отцом отношений. Могла, несмотря на наличие няни, отменить светский выход и остаться с ней дома. Тиффани всегда была привязана к женщине, которая вырастила ее, как родную дочь, и теперь от воспоминаний она так расчувствовалась, что на глаза вновь навернулись слезы.

— Милая моя, что случилось? Ты выглядишь так, будто вот-вот заплачешь.