Книга Перекрестки, страница 17 – Юлия Нестеренко

— Да что же это такое! – Даша подскочила, опередив доктора, подхватила ее и закрутилась в поисках подходящего места.

Джабир подошел к женщине, уверенно взял из ее рук непослушный аксессуар и аккуратно водрузил его прямо посреди своего рабочего стола.

— Отсюда не сбежит.

— Спасибо. Но удобно ли это?

— Все хорошо, фрау Лебедева. А мы доработаем функционал этого кабинета. Оказывается, мы совсем не предусмотрели место для дамских сумок.

Когда Даша зашла за ширму, Джабир вновь вытащил из стола свои четки. На сей раз понадобилось десять камешков и нужных слов к ним, чтобы собраться. Три вздоха полной грудью. Два выдоха.

— Я могу зайти, Дария?

— Да, пожалуйста.

Перед началом любого сеанса руки Джабира наполнялись теплом. Иногда он искренне удивлялся, почему пациенты не видят золотистого свечения, льющегося из его пальцев. Оно прорывалось в это измерение, несмотря на все попытки доктора его замаскировать.

Стоя рядом с кушеткой, где лежала Даша, Шериф-младший сжимал руки в кулаки. Жар в пальцах сделался нестерпимым. Ведь под плотной черной тканью, в душной клетке пыталась петь маленькая птичка. Ее никто не слышал. Не хотел слышать.

— Сейчас-сейчас, милая, – легкое движение вдоль Дашиного позвоночника подушечками пальцев.

Черную ткань удается приподнять. Канарейка летит на свет. Доверчивые глазки-бусинки загораются надеждой.

— Потерпи, родная, – обе руки доктора скользят от плеч к линии талии.

Свежий воздух наполняет пространство клетки. Птица до крови бьется о прутья. Доктор Шериф доволен. Так надо. Канарейка увидела, чего она была лишена. Она хочет на свободу. Важно, чтобы душа сама захотела воли.

— Больно, знаю. Потерпи, пройдет, – Джабир пробегает пальцами по всей поверхности спины.

Клетка открыта. Но птица сидит у дверки и не решается взлететь.

— Хорошо. Не сегодня, – доктор ласково смотрит на канарейку.

— На сегодня все, – обращается он к Даше – Как вы себя чувствуете?

— Никогда не поверю, что вы не волшебник, доктор Шериф! Сказать, что я заново родилась, ничего не сказать, – Дарья подбирает слова.

— У вас еще два сеанса. Вас ждать? – спрашивает Джабир и боится, что его канарейка ответит нет.

— Я буду, – отвечает Даша, пытаясь не улыбаться слишком откровенно. У нее плохо получается.

— До встречи.

— До свидания.

За дверью Дашу ждет подруга. Аня пыталась развлечься, доставая праздными беседами основательную мисс Штимт.

Поэтому, когда на горизонте появилась Даша, администратор очень ей обрадовалась. Наконец-то, шумная русская от нее отстанет.

— Ауфидерзейн, дорогая мисс Штимт. Мы обе записи подтверждаем. Вы же видели расписание? Так что наболтаемся еще, – вредничала Анька.

— Я это расписание и составляла, фрау Анна. Буду рада новой встрече, – администратор-несущая конструкция клиники не поддавалась на мелкие провокации.

******

Когда мисс Штимт в конце затянувшейся смены шагала по коридору, она заметила, что из кабинета шефа на пол сползает полоска ярко-желтого света.

— Опять доктор задерживается, – проворчала она довольная. Мисс Штимт почти по-матерински обожала Джабира. Особенно его деловитость и работоспособность. Ей нравилось быть пусть маленькой, но частью жизни этого человека. И еще мисс Штимт пребывала в абсолютной уверенности, что успех клиники доктора Шерифа кроется в умелой организаторско-административной работе.