Книга Очень (не) обычная история, страница 16 – Марина Вуд

Ух! Как я перенервничал. Черт! Как будто мне будет не тридцать восемь, а шестнадцать и я в десятом классе. И передо мной сидит девочка, которая до умопомрачения нравится. Мне до безумия хочется поцеловать ее, но нельзя. Можно только смотреть. Смотреть, Громов! И своими лапами не трогать! Черт!

Стискиваю зубы от злости на самого себя.

Придурок ты, Громов! Только напугал ее. По лапать тебе, видите ли, ее приспичило. Других баб нет что ли?

— У него был серьезный звонок, — отвечает Арина. — У заказчика возникли какие-то срочные вопросы, поэтому сейчас я за него, — улыбается Тимирязева, пока мы идем по коридору.

— Черт! Прости, — останавливаюсь на полпути, — я забыл твое безалкогольное вино в погребе.

По правде говоря, мне там совсем не до ее вина было. Могу вернуться, — ноги меня сами ведут туда обратно.

— Не страшно — машет рукой женщина. — Я как-то это переживу. Выпью сок. Тем более, что у нас и правда мало времени до самолета. Егор, — она делает шаг, резко останавливается и разворачивается ко мне лицом, — даже не вздумай портить девчонке жизнь.

— О чем ты? — делаю вид будто бы не понимаю, что она имеет в виду.

— Я видела, как ты на нее смотрел, — в самую душу смотрит Тимирязева. Она же совсем молоденькая. Если ты ее используешь, если ты ее обидишь, то эта девочка разочаруется и больше никогда в жизни не будет верить мужчинам.

Так, стоп! Это она к моей совести взывает? Я сейчас не готов выслушивать ее моральную тираду.

— Ты проницательная женщина, Арина. Тимофею очень с тобой повезло, — перевожу ее разговор в другое русло.

— Да. Только это мне повезло, что я его встретила. Если бы не он, то я так бы и жила одна с Иваном. Я понимаю, что не являюсь тебе настолько близким другом, но тем ни менее, скажу — не порть девушке жизнь и молодость. Поверь, я знаю о чем, говорю.

— Я тебя услышал.

Все-таки как у этих баб так получается? Ты еще даже и подумать не успел, а они уже все знают.

— Я рада, — снова улыбается она.

— Кстати, как там Ваня? — открываю дверь кабинета своего директора и пропускаю Арину вперед.

В это время возле окна стоит Тим и жестикулируя руками что-то объясняет по телефону.

— Ваня, как Ваня, — женщина полубоком присаживается на диван. — В начале октября на неделю летали в Черногорию к свекрам. Он там так разленился, что теперь за книжку взяться не хочет.

Я смотрю на ее уже достаточно большой живот и не понимаю, как женщины вот с этим ходят. Это же, наверное, спать неудобно.

— Понятно, — ухмыляюсь и вспоминаю себя. — Это нормально в его возрасте. Я тоже не особо любил школу.

— Кстати, хочу сделать тебе комплимент. Мне очень понравился дизайн помещения. Все сделано тонко и со вкусом.

— Спасибо конечно, но это заслуга дизайнера, а вот делали ремонт как раз Ваши архаровцы.

Ее замечание напоминает мне, что надо проверить информацию по Крыловой. Разобраться наконец-то с дизайн-проектом клуба. И если ее слова окажутся правдой, надо найти того урода, который вместо нее получил бабки.

Утро.

Опираюсь рукой о черную раковину и смотрю на свое отражение в зеркале — ну и вид у меня, как у пещерного человека. Рожа помятая. Глаза воспаленные. А перегар такой, что мух можно сбивать на лету. Сам себе противен. Отодвигаю в сторону стеклянную дверь душевой и залезаю внутрь. Открываю холодную воду — контрастный душ бодрит. Затем чищу зубы, и вытираю лицо. Стираю с запотевшего зеркала конденсат и вижу уже кого-то более-менее похожего на гомо сапиенс (человек разумный). Заворачиваю вокруг бедер белое полотенце и выхожу из ванной.