Книга Развод. Я не приму вторую!, страница 30 – Мила Реброва

— Были дела, – уклончиво ответил я.

Она ничего не сказала, но её тонкая улыбка говорила о том, что она не собирается это забывать.

Мы вошли в небольшой уютный ресторан. Милена, как всегда, привлекала внимание. Её лёгкий смех и беззаботные жесты сразу делали её центром любого пространства. Я выбрал столик в углу, подальше от лишних глаз. Она, конечно, заметила это.

— Ты что, прячешь меня? – спросила она с иронией, садясь напротив.

— Просто хочу, чтобы никто не мешал, – спокойно ответил я, усаживаясь.

Официант принёс меню, но Милена почти не обратила на него внимания. Она сосредоточилась на мне, внимательно изучая.

— Ты какой-то напряжённый, – сказала она, чуть прищурившись. – Что случилось? Всё из-за твоей жены?

Я вздохнул, откладывая меню.

— Она уехала к родителям, оставив детей.

Милена подняла брови.

— Оставила детей? Серьёзно? Ну, это как-то странно для неё, не находишь? Она же всегда такая… правильная.

Её слова прозвучали легко, но я заметил в них тень насмешки. Милена никогда не скрывала своего отношения к Марьям. Для неё моя жена была примером того, кем она сама никогда не хотела становится.

— Она устала, – коротко ответил я.

Милена откинулась на спинку стула, сложив руки на груди.

— Устала? Интересно… От чего? У неё же есть всё. Муж, дети, дом. Чего ещё ей не хватает?

Я посмотрел на неё, пытаясь подобрать слова, но не нашёл подходящих. Милена продолжила:

— А может, у неё климакс? Ты подумай. Возраст ведь тот самый. Знаешь, женщины в это время становятся такими… капризными. Сначала они жалуются, потом исчезают. Это ведь гормоны, ничего больше.

Я не ответил. Слова Милены были слишком простыми, почти удобными. Лёгкий способ оправдать то, что я не замечал раньше. Может, она права? Может, это просто возраст? Гормоны? Но почему тогда мне от этого не легче?

— Послушай, – продолжала она, заметив моё молчание. – Ты слишком серьёзно всё воспринимаешь. Она перебесится, успокоится и вернётся. А ты пока можешь насладиться временем без её нравоучений. Разве не этого ты хотел?

Её улыбка была широкой и искренней. Она смотрела на меня так, как будто видела в этом решение всех проблем. Но я не чувствовал облегчения. Вместо этого внутри меня нарастало странное чувство – пустота.

Мы закончили ужин, но разговор больше не клеился. Милена болтала о своих делах, о том, как ей надоело сидеть одной. Она жаловалась на коллег, обсуждала планы на выходные. Я слушал, кивая в нужных местах, но мыслями был где-то далеко.

Я вспоминал дом. Детей. Марьям. Её глаза, уставшие, но всё ещё полные какой-то внутренней силы. Её голос, твёрдый, но тихий, когда она сказала: *“Я устала. Мне нужно немного времени для себя.”*

“Климакс,” – снова прозвучало в голове. Может быть. Может, всё дело в этом. Но почему тогда я не чувствую облегчения от этой мысли?

Когда я подвёз Милену к её дому, она задержалась на мгновение, наклонившись ко мне:

— Позвони, как освободишься, – прошептала она, оставляя на моей щеке лёгкий поцелуй.

Я кивнул, но ничего не сказал. Она вышла из машины, и я смотрел, как её силуэт растворяется за дверью подъезда.

Включив двигатель, я повернул обратно в сторону дома. Но внутри меня было странное ощущение – как будто я уезжал от чего-то важного, от чего-то, что не успел понять.