Книга Ненастоящая семья, страница 115 – Мария Манич

— Это для меня?

— Ага. Никогда не понимал, как невесты выдерживают целый день на каблуках. Не понимал и жалел.

Подаюсь вперёд и обхватываю ладонями лицо Дроздова, тяну на себя и бесцеремонно впиваюсь губами, пока он пытается расшнуровать для меня кеды. Ни один парень на свете не делал для меня столько, сколько делает он.

Эта маленькая забота, подкупает и….

— Ром, я люблю тебя.

Он на секунду замирает. Прикрывает глаза, прижимаясь к моему лбу своим, и шумно выдыхает:

— Я о таком и мечтать не мог, Лена.

— О чём?

— О тебе в белом платье и с моей фамилией, — тихо говорит Рома и, поцеловав моё колено, возвращается к шнуркам на кедах. Поджимаю губы. Червячок сомнения поднимает голову и злорадно улыбается моим ликующим и празднующим свадьбу тараканам. Четыре самых важных слова в ответ я так и не слышу.

«Я тебя тоже люблю».

— Идём, пока никто нас не хватился. Голодная?

— Ага, — произношу бодро, словно всё нормально и мне только что не всадили кол в сердце, не ответив на признание должным образом. — Хочу картошку фри. И бургер.

Огромный и жирный!

Рома смеётся и помогает мне подняться. Прижимает к себе крепко, покрывая хаотичными поцелуями моё лицо.

— Купим. Всё, что захочешь.

На выходе из ресторана сталкиваемся с Аллой и Костенко, качающим на руках Зою. Уснула.

— Уходите? — прищурившись, спрашивает Волкова. — Так быстро? Киваем, словно болванчики.

— Безумно устали, — решительно говорит Рома.

— Ладно, прикроем. Отдыхайте.

Обнимаю подругу.

— Спасибо за всё. Я очень тебя люблю. — В носу пощипывает и я готова разрыдаться. — У тебя нет моего телефона?

— Ага, у меня. Не смей реветь, иначе я тоже.

Мы стоим обнявшись ещё несколько секунд, пока парни рядом тихо переговариваются, а потом отстраняемся. Волкова, шмыгая носом, открывает свою бездонную сумочку и достаёт мой мобильный.

— Напиши мне, как всё закончится, — прошу её.

— Не буду вам мешать, — понятливо улыбается Алла, стреляя многозначительным взглядом в стоящего рядом Дроздова. — Заделайте в эту ночь пятерых детей разом!

— Алла! — шикает на неё Виталик, предосудительно качая головой.

— А что такого я сказала?

Целую в лоб спящую дочку и, поправив её светлые локоны у личика, смотрю на друзей.

— Вам идут дети. Задумайтесь.

В такси кладу голову на плечо Роме, закрываю глаза. Он обнимает, уткнувшись носом в мои волосы. Целует их и медленно перебирает пальцами. Устало вздыхает. Я жмурюсь от удовольствия, не желая думать о завтрашнем дне.

Пусть сегодня всё будет прекрасно. От и до.

Все проблемы и невысказанные слова останутся за бортом, а мы будем парить в сфере из счастья и любви. Всё завтра.

Домой единогласно решаем не возвращаться, там слишком легко нас обнаружить. Выбираем новую гостиницу в центре, и Рома через приложение снимает нам номер для молодоженов.

Нас встречает приветливая девушка-администратор и провожает до лифтов.

Как только двери лифта закрываются и мы наконец остаемся одни, Рома протягивает мне руки, ожидая, когда я вложу в них свои.

— Иди ко мне.

Он целует меня бесконечно медленно и трепетно. Ласкает языком, облизывает и покусывает губы. Тягуче нежно. Без властных закидонов из загса, совсем иначе. Эти поцелуи иные. Только для нас. Меня и его. Мы боремся языками, выманивая их на совместный танец, снова и снова.