Книга Лучший друг моего парня 2, страница 40 – Мария Манич

— Не прессовали.

— Так ты не знаешь, кто распространяет? — выпаливает Вика и замирает в ожидании ответа.

Вопрос не застаёт меня врасплох. Я действительно размышляла над этим несколько часов вчера вечером, когда после внезапного визита Мирона пыталась заснуть. Он выбил меня из равновесия, пошатнув мой привычный дерьмовый мир, явившись в нашу с Мариной квартиру. Раньше я даже представить его там не могла. Но нет, он правда был там, в моей комнате, по размеру едва ли больше ванной в квартире Вики, где мы с ним впервые поцеловались.

Сканирую взглядом её красивое кукольное лицо с пухлыми губами, голубыми глазами и идеальными скулами, будто она удаляла комки Биша. От меня не скрывается нервность и сдержанность её движений. То, как часто она прикладывает к губам новомодную сигарету, притопывает ногой и судорожно моргает.

— Нет, этого я тоже не знаю.

— Жаль. Могли бы сдать предкам, и они бы от нас отвязались. Марику отправили к психологу, — словно от облегчения заливается хохотом Вика. — Стаса вообще не видно, не слышно со вчера… Залёг на дно. Может, это он.

Кое-как отделавшись от Вики, заканчиваю разговор и сбегаю в здание универа. По пути захожу в деканат, отдаю справки. Секретарь снимает копии и говорит, что мне самой нужно подойти к преподавателю по физической культуре и что-то решить с зачётом.

Спустя несколько часов выхожу из универа и останавливаюсь на засыпанном белыми хлопьями крыльце. Снег, который, казалось, падал медленно и красиво, превратился в настоящую метель. Сейчас он залепляет лицо, попадает в рот и глаза, ослепляя. Но не настолько, чтобы среди машин перед универом я не увидела знакомый чёрный «порш».

Значит, Мирон где-то здесь. Рядом. Приехал на учебу? Или встретить Вику? А может… оглядываюсь. Надежда робкой рукой сжимает сердце.

Знакомой фигуры рядом нет. Лишь несколько парней с другого факультета сбились на крыльце в кучу и громко смеются.

Приложение такси задирает цену из-за снега и транспортного коллапса на дорогах втрое. Вздохнув, поправляю шапку, чешу подбородок, упирающийся в ортопедический воротник, и решаю попытать удачи на автобусной остановке.

Не успеваю сделать и шага, как одна нога уезжает вперёд, скользя по плитке, спрятанной под толстым слоем свежевыпавшего снега.

Сейчас я упаду и переломаю себе ещё пару костей. Мысль молнией проносится в моём успевшем испугаться мозгу. Но я так и не касаюсь земли.

Кто-то подхватывает меня за руку и рывком тянет вверх.

Врезаюсь в твердое мужское тело, окунаясь в терпкий древесный запах. Морщусь, шею снова простреливает, хоть бы не остаться кривошеей. В травмпункте, пока ждала своей очереди, успела насмотреться на картинки.

— Спасибо, — бормочу себе под нос.

— Пожалуйста, — звучит над головой смутно знакомый голос.

Я цепляюсь пальцами за дутую чёрную куртку своего спасителя. Отклонившись, заглядываю ему в лицо.

Широкая улыбка, длинный прямой нос, большие, нет — огромные голубые глаза на пол-лица и копна светло-каштановых волос с запутавшимися в них снежинками. Он помог мне с чемоданом в поезде, а потом так пристально смотрел всю дорогу, что я не выдержала и сбежала в вагон-ресторан. Когда вернулась, он делал вид что спит, и ни разу больше не взглянул в мою сторону. А теперь случайный попутчик спасает меня от очередного посещения травмы.