Книга Колонна приговоренных, страница 40 – Александр Тамоников

Шубин, изучив рисунок, одобрительно кивнул и сказал:

— Все, как мы и предполагали. Посты расставлены примерно в двухстах метрах друг от друга. И если на один из них будет нападение, то остальные смогут быстро прийти на помощь. Все понятно.

— А как у вас? — спросил Астафьев.

— У нас с разведкой не очень удачно сложилось, — ответил Шубин. — Несмотря на то что нам помог случай, близко к холму, со стороны гмины, мы так и не смогли подобраться.

Глеб рассказал о встрече с полицаями и Гжегожем и закончил рассказ словами:

— Мы хотя и проехали с ним на его розвальнях по дороге вдоль села, но близко к холму не получилось подобраться. Думаю, что и со стороны гмины — так же, как и со стороны леса, — у немцев «секреты» через каждые двести метров.

— Мне кажется, что это как раз то, что мы ищем. Я прав? — вопросительно посмотрел на Глеба Астафьев.

— Что-то уж очень быстро и просто у нас получилось, — скептически заметил Глеб. — Как бы нам не ошибиться. Я попросил кое о чем нашего нового знакомого. Он обещал разузнать, что за объект немцы охраняют. Но надежды на него у меня мало. Гжегож — не тот, кто умеет выпытывать тайны. Да и не у кого ему их выпытывать в селе. Похоже, никто ничего толком не знает. Так, одни лишь догадки. С его слов я понял, что и немцы, и поляки, части которых стоят в гмине, не в курсе того, что прячут у холма или в самом холме. Говорят, что секретное оружие, а вот какое — никто не знает.

— Может, снова тяжелые «Тигры» решили против нас применить?

— Может, и так. Но, опять же, сколько? Какое количество? Холм не такой и маленький, а судя по тому, что рассказал Гжегож, немцы еще с осени к нему никого близко не подпускают.

— Не понимаю, как можно спрятать танковый корпус так, чтобы никто об этом не знал? — удивился Ренат. — Это ведь не десяток машин, а около двух сотен.

— Не обязательно, — возразил Шубин. — В танковый корпус входят не только бронетанковые машины, но и самоходные гаубицы. Ну и всякая прочая вспомогательная техника… И потом, вполне вероятно, что немцы специально распускают слухи о каком-то невероятном количестве спрятанной техники. Аккуратно распускают, со смыслом. Бойтесь, мол, и трепещите, и не вздумайте наступать. Или, может, они сами собираются наступать. В нужное время и в нужном направлении… Я склоняюсь к мысли, что немцы могут спрятать в холме не больше шестидесяти танков или семьдесят… Если прикинуть размеры холма, то вполне вероятно, что прячут они в нем и вокруг него не больше двух батальонов.

— Машинами? — скептически переспросил Астафьев.

— Машинами, — кивнул Шубин.

— Но это около ста пятидесяти машин. Вместе с самоходками и броневиками.

— Вполне может быть и так. Может, и сто пятьдесят… Но не больше. Сам подумай — где им тут двести танков спрятать?

— Наступление одними только танками не ведется, — заметил Астафьев. — Нужны еще артиллерия и пехота.

— Какие-то артиллеристы обосновались в гмине, — сказал Шубин. — Так Гжегож говорил. А вот что касается пехоты… Тут надо подумать. Поискать нам надо пехоту. Но этим мы займемся немного позже. Скажем, завтра. А сегодня у нас другая задача. Надо нам с тобой продумать, как пробраться поближе к этому холму и выяснить…

Глеб не договорил. К ним с Астафьевым подбежал Теплицын, которого они вместе с Савельевым отправляли в дозор, и сообщил: