Книга Не в этой жизни, страница 51 – Алина Савельева, Даниэль Брэйн

— Наверное, — не стала я спорить.

Во-первых, потому что уже устала доказывать Насте, что это мой неизлечимый кошмар — мужчина в доме. Во-вторых… потому что отчасти была с ней согласна. Как бы старательно я ни усыпляла в себе женщину, эта зараза проснулась-таки, когда на моем пути попался тот, в ком я не сумела найти таких недостатков, которые сразу бы убили мой интерес.

— Дура ты все же, Ирка. Он же предлагал дружбу. Могла бы держать его в этой… как ее? Френдзоне! Глядишь, помогал бы иногда хоть. С него не убудет, а у тебя лишней копейки не бывает, — костерила меня Настя, провокационно тыча пальцем себе за спину и намекая, что ипотеку мне еще платить и платить.

— Нет, ты что! Это неправильно и подло. И по отношению к нему, и по отношению к Маше, — возразила я.

Особенно к Маше. Демидов взрослый человек и сам способен решить, кому помогать, кому нет. А вот Машуля — ребенок, который сейчас начал осознавать, что наша семья не такая, как у многих ее детсадовских друзей. И так не вовремя нарисовавшийся Демидов только сильнее разбередил хрупкую психику малышки.

И что уж говорить о маленькой женщине, если Андрей Юрьевич понравился даже ее матери. Что было совсем неожиданным, и мое нетренированное подобными чувствами сердечко трепетало от одного его взгляда.

— Я же говорю — дура ты. И я тоже. Ты — потому что даже не пытаешься поиметь что-то с мужского пола, я — потому что думала, что строя из себя скромницу и абсолютно не алчную девушку, заставлю полюбить себя. А в итоге что? Я у разбитого корыта, ты бьешься как рыба на суше ради каждого рубля. А в шоколаде кто? Девки, которые себе цену знают и без айфона в подарок даже разговаривать не будут.

— И что у них есть, кроме айфонов и прочих тряпок из брендовых магазинов, Настя? И те хорошо если оригинальные?

Настя досадливо шмыгнула носом. Не успела она погасить задолженность по кредитке, как тут же «выгодно» купила топовый бренд «на распродаже». Кредитка была опять опустошена, а Настя выяснила, что этот бренд принципиально не распродает оставшийся товар, а варварски его уничтожает.

— Да все у них есть. Живут как по кайфу. Путешествия, спа, фитнес-зал, питание нормальное, а не наши эти кастрюли борщей на неделю. Все!

— У них нет себя, Настя. А я так не смогу. Давай не будем больше на эту тему, а? Надоело.

Настя хоть и надулась как мышь на крупу, но перевела тему на насущные и приземленные наши дела. Где какие акции, кэшбэки и как бы так взять кредит в банке, чтобы он еще должен остался.

В общем, мало у нас общего с миллиардерами. У них голова не болит, чем коммуналку оплачивать. Но этот факт, конечно же, не мешал мне иногда, тайком от Насти, разумеется, воспроизводить в фантазиях какой-нибудь из ее сценариев случайной встречи.

Вот только наши дороги с олигархом вообще не пересекаются. Он там на верхах крутится среди элиты, я же на самом дне этой жизни натираю до блеска их унитазы.

Несомненно, и я, и тем более Маша потихоньку бы забыли этот маленький эпизод недолгой сказки в нашей жизни. Если бы однажды один из самых приметных персонажей снова не ждал у подъезда.

— Кусты облетели, теперь бегать по ним никакого удовольствия, — вместо приветствия сообщил Коджо, сверкая белозубой улыбкой.

— Мии-и-ишка! — обрадовалась Маша, побежав обнимать своего громадного друга. — А мама сказала, что ты в спячку ушел, в берлогу.