Книга Доктор-попаданка. Без права лечить, страница 94 – ЮЭл

— Мне лучше уйти.

Я подняла голову.

— Почему?

Уголок его губ дёрнулся.

— Потому что если останусь здесь ещё немного, ты уже от меня не отделаешься.

Он развернулся и пошёл к лестнице. А я осталась стоять посреди коридора. И поймала себя на мысли, что сегодня, возможно, была бы не против.

— Но мы должны что-то сделать! — в который раз воскликнула Виола.

Она металась по комнате так быстро, что я уже начинала опасаться за немногочисленную мебель монастыря.

— Лео сказал, что вытащит Эстер. Несмотря на то что она может его после этого возненавидеть.

Я подняла взгляд от бинтов, которые складывала в аккуратную стопку.

— Лео? Теперь он для тебя Лео?

Виола резко остановилась.

— Не начинай.

— Даже не думала.

Она раздражённо всплеснула руками и тут же рухнула на старый диван.

— Она ему не позволит.

Я вздохнула.

— Не думаю, что у Эстер будет выбор.

— Нет, ты не понимаешь.

Виола резко подалась вперёд. В её глазах стояли слёзы.

— В данном случае именно Эстер принимает решение. И Лев, каким бы сильным он ни был, не сможет пойти против её воли.

Голос девушки дрогнул.

— Она сама поднимется на эшафот, если решит, что так правильно. Но не позволит никому решить за неё.

Я молчала.

— Тем более ты слышала, — продолжала Виола. — Он ведь сам признался. Изначально собирался использовать её как символ. Как жертву ради достижения своей цели.

Я понимала каждое её чувство. Но понимала и Леонарда. И Эстер.

Наверное, возраст всё-таки меняет человека. Когда-то давно я тоже делила мир на правильное и неправильное.

На хороших людей и плохих, героев и злодеев. А потом прожила слишком долгую жизнь. И поняла одну простую вещь. Большинство решений принимаются не между добром и злом. А между плохим вариантом и ещё худшим.

Я посмотрела на Виолу.

— Что бы ты сделала на месте Эстер?

Она открыла рот, замерла, подумала и снова закрыла.

Несколько секунд в комнате стояла тишина. А потом Виола всхлипнула. И неожиданно разрыдалась.

— Будь я на её месте… я бы поступила так же.

Я кивнула.

— А будь ты на месте Леонарда?

Виола подняла на меня глаза полные слёз и злости. Потом тяжело выдохнула и опустила голову.

— Я бы поступила так же.

Я грустно улыбнулась.

Как быстро мы осуждаем людей. Легко обвиняем их в жестокости, трусости или эгоизме. Но стоит только пройти их дорогой, надеть их обувь, оказаться перед тем же выбором.

И вдруг выясняется, что сами мы поступили бы точно так же. А может быть, даже хуже.

Я протянула ей стопку бинтов.

— Я верю ему, Виола.

Она вытерла лицо рукавом. Поднялась. Поправила платье. Взяла бинты. И уже в дверях обернулась.

— И всё-таки он тебе нравится.

После чего моментально исчезла за поворотом.

Я тихо рассмеялась. Потому что спорить было бессмысленно.

Да, нравился. И это было проблемой, о которой я подумаю потом. Сейчас были дела важнее.

На кухне нас уже ждали пациенты. Воспалился порез, высокая температура. Старик Ханс в очередной раз пришёл жаловаться на больную спину.

Я уже знала этот взгляд.

— Поднимали мешки?

— Нет.

— Ханс.

— Один мешок.

— Сколько весил?

— Не знаю.

— Ханс.

— Два мешка.

Я тяжело вздохнула и принялась растирать ему спину разогревающей мазью.

Следующей у меня была девочка лет восьми. Она сидела на табурете и мужественно терпела, пока я промывала ей разбитое колено.