Книга Порочный круг. (Не)беги от меня, страница 35 – Юлия Прим

— Люблю. Да? — шепчу тихо.

— Да. Люблю, — отзывается Громов, лаская по щеке пальцами.

Отстраняюсь и неспешно иду к кухонному фартуку, забирать у мамы какие-то нарезки и соленья, что достала из холодильника. Две рюмки, холодную, прозрачную бутылку, покрытую конденсатом.

Выставляю всё это аккуратно перед мужчинами.

— Если моя дочь хоть когда-то заявит, что ты её обидел..., — радует отец новоиспечённого зятя, вместо поздравления или принятия в семью в первом тосте.

— Приму любое заслуженное наказание, — соглашается без спора Вадим.

— Так беременна? — осекает папа, строго глядя на меня.

— Вроде нет, — опускаю быстрый взгляд на живот, а щёки моментом краснеют, вспоминая: как мы, где мы, и, вообще, достаточно часто.

— Ясно, — подытоживает мои умозаключения отец. — Значит, институт очно она не закончит, но в любом случае я настаиваю на профессии и возможности по ней работать. Гормоны — дело проходящее..., — смотрит на Вадима, спорно покачивая головой. — В общем, вы меня поняли.

— Па-аап, — тяну тихо, присаживаясь рядом с мужем на очередном круге от холодильника и мамы — к столу. — Так всё хорошо? Не будете кричать, что у вас больше нет дочери? Просто там Леська провокационное видео сняла...

— Мягко сказано, — поддакивает Громов, грея в руке рюмку, перед тем, как без тоста, переглядываясь с отцом, опрокинуть алкоголь в горло.

— Раз уж ты, как честный человек, женился, — упрекает папа Вадима за мою поруганную честь.

Даже и не слушаю дальше, морально выдыхая всё напряжение, накладываю себе на тарелку всех и вся разносолов, проговаривая на ходу о том, что на ночь мы не останемся, потому как на набережной сейчас так хорошо, а нас ждёт номер, ужин, отель...

Мама присматривается то ко мне, то к Вадиму. Слушает разговоры мужчин, но тактично в них не влезает.

Подливает мне в стакан компот из красной смородины, периодически подкладывает на тарелку то одно, то другое. После складывает руки домиком и заключает с ухмылкой в сторону зятя:

— Я бы вам, Вадим Сергеевич, всё же настоятельно посоветовала бы в честь торжества не поить ничем алкогольным невесту.

Переглядываюсь с Вадимом, зависая перед ртом с вилкой, на которой наколоты маринованные соцветия капусты. Веду по ним взглядом. Симпатичные такие с виду. Хрустящие. Маринованные с ощутимой кислинкой. Сколько я их уже сейчас улупила на нервах? А ведь всегда подобное стороной обходила, но сейчас прям рот сразу полный слюны от одного только взгляда на вилку.

— Да ну..., — протягиваю, звучно сглатывая.

— Я с тобой тоже не могла удержаться от маминых солений, — проговаривает мама смеясь. Забирает у меня вилку и смакует разносол, наблюдая за тем, как я невольно облизываюсь. — А как родила — будто бабка отшептала. Смотреть на это всё не могла долгие годы. Пока вот сама не научилась делать по маминому рецепту.

— Да блин! — выпаливаю несдержанно. На что Громов, в отличие от Тёмы, начинает безудержно ржать, поднимаясь над столом. Притягивает меня к себе и часто, куда попало целует.

— Ты же моя любимая, — шепчет подтрунивая. — Самая красивая беременная невеста на свете.

— Да ну тебя, надо же проверять теперь... — канючу, вздыхая ему на ухо. — И как вообще брачная ночь?

— Нежно, — заявляет мне безапелляционно мой главный мужчина.