Книга Неизбежность, страница 81 – Ева Яма

Я ненавидел себя за то, что хотел, чтобы она не отходила.

Когда это произошло?

Не знаю.

Не было одного дня. Не было одного разговора. Не было момента, после которого все изменилось. Она просто постепенно перестала быть принцессой Эльдрант.

Стала Элирой.

Я ведь сам сказал ей не влюбляться. Собирался заставить ее доверять мне. Был уверен, что полностью контролирую происходящее.

Какой же идиот.

В итоге проиграл самому себе. И когда вошел в ее комнату... Хотел только пригласить ее на бал. Но начал говорить то, что не собирался.

Стоя посреди комнаты, я сжал волосы обеими руками и тихо выругался. Так тихо, чтобы никто не услышал:

— Когда я, блядь, вообще перестал все контролировать?

Я тяжело выдохнул.

Бесполезно.

Стоило закрыть глаза, и я снова видел ее.

Чертова принцесса... Чертова Элира!

*****

Тело еще не отошло ото сна, но уже лениво плелось по коридору в злосчастный кабинет отца.

И что ему на этот раз пришло в голову?

Мне хватало мыслей об Алисандре. О том, как у нас все было и о том, как все закончилось. Сандра была вторым человеком, после Алекса, которому я доверял свою жизнь, свои секреты.

Конечно, не все.

Но я правда любил ее.

До одного момента.

И мне хватало мыслей об Элире. Она занимала все место внутри моей головы, вытесняя все важное и не очень. И постоянно заставляла меня ломать голову над тем, как получить ее доверие и ее сердце.

Массивная дверь кабинета тяжело отворилась и я переступил порог.

Отец сидел в кресле лицом к узкому окну.

Что он вообще мог через него разглядеть?

— Ты звал меня, отец?

Кресло медленно повернулось. Темные глаза отца смотрели из-под бровей. А на лице застыла злость.

И что на этот раз я сделал не так?

— Ваше Величество, — тихо сказал он и прочистил горло, выпрямляясь в кресле.

— Вы звали, ваше Величество? — переспросил я.

Меня до чертиков бесила его эта привычка. Привычка быть короной до мозга костей.

— Звал. Как дела с Элирой?

Говорить ему, что приказ был выполнен, но не совсем в том порядке, в котором был поставлен — идти на верную смерть. Но и не сказать ничего — значит то же самое.

Руки сами собой ушли за спину. Кулаки сильно сжались, пуская напряжение по телу.

— Я работаю над этим.

— Уже достаточно работать и пора бы приносить плоды.

Сказать что-то в ответ я не смог, поэтому лишь покорно опустил голову.

— Ник объявлялся?

Одно только имя переворачивало внутри меня всё вверх дном. Я возненавидел его почти сразу после появления в школе. А когда увидел, как Элира близко к нему, как смотрит и как тянется к его губам — готов был выпотрошить его как животное.

Но отец велел следить за каждым его шагом, когда он на территории замка. И этот паршивец знал. Знал и вел себя лучше некуда.

— Нет, — как можно спокойней ответил я, переступая с ноги на ногу.

Отец часто закивал и снова отвернулся к окну.

— Мои люди потеряли его след близ перевала. В лесах Торгдола, — спокойно говорил отец. — Когда он объявится, выясни любым способом, где он был и что делал.

— Да, о..., — я запнулся, замолчал на секунду, втянув как можно больше воздуха, — ваше Величество.

— И я надеюсь увидеть влюблённый взгляд принцессы Тарвелда в твою сторону к моему возвращению. Свободен.

Я молча покинул кабинет и осторожно закрыл дверь за собой. Можно было вздохнуть с облегчением. Но расслабляться не имело смысла.