Книга Тигель, страница 111 – Влада Медведникова

Потом все померкло. Должно быть, Креж потерял сознание и очнулся, когда приехал Грах.

— И вот что, – продолжал шаман, – я слышал звук. Покажи, на чем ты играл.

Креж понял, что так и не выпустил свисток, сжимает в кулаке, и каменные грани режут ладонь. Он нехотя разжал пальцы.

Грах наклонился вперед.

— Свисток? Тот самый? – Он сбросил рукавицы, осторожно забрал сокровище и принялся рассматривать в тусклом свете пульта. – Нет, другой, попроще, но очень похож. Где ты нашел его, Креж?

Отмалчиваться не было смысла.

— На станции, в комнате шаманов. У них был тайник.

— Искатель. – Грах усмехнулся, качнул головой. – Ты ведь знаешь, что это за свисток? Маа тебе показывала такой?

Маа часто открывала короба и шкатулки, перебирала спрятанные там вещи, но не рассказывала ни о чем. Больше расспрашивала: как Креж жил в верхнем мире? С кем дружил, кого любил, к чему стремился?

— Не показывала, – тихо ответил он.

Грах поднес свисток к губам. Креж напрягся, приготовился услышать звонкую трель, но звука не было. Лишь тишина стала темней и глубже. Даже Нво молчала, не спрашивала ни о чем.

— Теперь ты, – сказал шаман и протянул ему свисток.

Сердце пропустило удар, страх и предвкушение разлились в груди. Что, если крохотный свисток не захочет играть? Что, если запоет и снова разрежет душу?

Креж сделал глубокий вдох и дунул в свисток.

Звук наполнил вездеход, завибрировал в стенах и стеклах, пронзил крышу. Креж утонул в нем, забылся. Ему снова почудились чистый запах листвы в Хрупких Долах, журчание ручья и прозрачная песня Росы.

Грах прикоснулся к нему, и мир стал прежним. Креж в кабине вездехода, а за тонкими стенами – ночная пустыня.

Нво тихо всхлипывала, закрыв лицо руками.

— Мне показалось, я там, – прошептала она. – Снова там. Дома.

— Я тоже видел дом, – сказал Креж. Голос едва слушался, шуршал как песок.

— Дворец? – спросил Грах.

Креж покачал головой:

— Нет. Место, где я вырос.

Разве он скучал по Хрупким Долам? Разве хотел туда вернуться? Но глаза жгло, и сердце ныло, каждый удар отдавался болью.

— У многих шаманов красной ветви есть такие свистки. – Грах откинулся на спинку кресла. – Наследие древности, передаются от родителей к детям, от наставников к ученикам. Говорят, когда-то от этих вещиц была польза. Они призывали духов и помогали душе шамана устремиться ввысь. Но каменные свистки давно молчат.

Шаман сейчас не казался страшным. Говорил напевно, будто бы сам с собой, и перебирал красные бусины в волосах. Что он увидел, когда свисток запел? Бревенчатые стены своего дома, огонь в камине, старых друзей? Или Маа? Креж впервые задумался, кем она приходилась Граху. Наставницей, приемной матерью? Варма что-то говорила об этом.

— Но вот как все оказалось на самом деле, – продолжал Грах. – Дух из верхнего мира может играть на древнем свистке. Ты играл, Креж, и поток отзывался, миры становились ближе. Может, дело в том, что в тебе часть силы, когда-то украденной у нас. Или это эхо путешествия Риза. Неважно! – Грах вдруг подался вперед, хлопнул по подлокотнику. – Чего ты ждешь? Я отпускаю тебя. Прыгай! Но не потеряй свисток. Играй на нем в каждом мире и тут же отправляйся выше, не задерживайся. Найди Хишу и Риза, помогай им. И запомни, я слежу за тобой, вижу каждый шаг.