Книга Беспощадный целитель. Том 6, страница 27 – Константин Зайцев

Местная система инициации работала на втором принципе, давай растущему ядру резкий толчок для развития. И впервые в этом мире я мог признать, что они сработали лучше чем наши кланы и секты. Их методика чем-то напоминала демонические пути, но те предпочитали работать убивая обычных людей, а еще лучше одаренных, чтобы впитать их силу. Тут же все лучше и дешевле.

Старый разлом С-ранга, значит уже окреп и даст нужное давление на энергетическое поле, охотники постоянно его чистят, что сводит возможность нападения тварей к минимуму. Ученик просто должен дойти и энергия разлома пройдёт сквозь него, разбудит спящие каналы или разовьет ядро, а может и то и другое. Тот кто выживет — станет куда более сильным одарённым. Если же нет, то родителям возместят страховку. Что-то мои мысли слишком часто возвращаются к политике и экономике, неужели убийство Райса так сильно сдвинуло парадигму клятв и теперь меня тянет выполнять вторую?

Тряхнув головой, я отогнал от себя мысли о клятвах и сосредоточился на ходьбе. Стоило мне пройти еще несколько шагов, как давление от кристалла усилилось настолько, что я почувствовал, как мне на плечи упала энергетическая плита. И как тут не согласиться с тем, что одаренный прежде всего воин. Так было в моем мире, так есть и в этом. Так говорит и вся эта жестокая, но честная система. Она сразу показывает, что если ты родился одаренным, то жить нюхая цветочки тебе не удастся, потому что система тебя считает слишком ценным ресурсом.

Анна стояла справа от круга, и веснушки на её бледном лице казались ярче, чем были утром. Не смотря на яркость исходящей от кристалла энергии, я ощущал, что девочка шагнула дальше по лестнице силы, как и ее товарищ с модной причёской, которая изрядно растрепалась. Он сидел на корточках недалеко от камня, голова опущена, плечи дрожат, но не от страха, а от усталости.

Куда интереснее, что парнишка у которого текли слезы сейчас стоял с прямой спиной, словно совершенно не чувствуя давления источника.

Но интереснее всего, что у него были сухие глаза. Видимо, инициация выжгла из мальчишки что-то важное. Может, страх. Может, ту мягкую часть души, которая отвечает за плачь, а может он сбросил слабую шелуху и теперь перед нами будущий воин. В целом плевать, ему повезло и я этому рад. Как рад и тому что все эти дети выжили, нет ничего хуже, чем смотреть как на твоих глазах умирают дети, а ты ничего не можешь сделать.

Хант стоял у северной грани кристалла. Чёрная охотничья куртка с дополнительной броней у самых уязвимых мест. Во рту он держал незажженную сигарету, а его глаза смотрели на меня очень внимательно. Слишком внимательно для случайного интереса.

— Доу, — он не повысил голоса. — Как твое состояние? Что там случилось?

— Бывало и лучше, сэр. Встретили стаю костяных гончих. — Я остановился на краю выложенной поверхности, с трудом переводя дыхание. Давление кристалла здесь ощущалось гораздо сильнее. — Их было слишком много для разлома, который регулярно чистят.

Хант сдвинул сигарету в другой угол рта. Анна повернула ко мне голову. Парень с причёской поднял глаза, и я увидел в них то же, что час назад видел в глазах Кросса перед боем — расчёт.

— Где Райс и Кросс?

— Райс облажался, — ответил я и согнулся пополам с трудом сдерживая рвотные позывы.