Книга Беспощадный целитель. Том 7, страница 55 – Константин Зайцев

И сейчас, вырезая когтем насечки по светлым жилам, я вёл поверх ученической вязи совсем другой узор — тонкий и вложенный, невидимый тому, кто не знает, куда смотреть. Здешняя школа учила просить стихию. Моя школа учила брать души слабых, превращая их в рабов. Никакого заискивания перед духами, только воля и сила.

Связка была сродни старой школе некромантов. Из тех, за которые в приличных землях сжигают, а тут мучительная смерть от огня и станет якорем. Всякая тварь, что умрёт в этом пламени, внутри этого узора, не уйдёт в изнанку, вместо этого её душа останется запертой благодаря моим знакам на камне и будет подчиняться мне в течение суток. Так что волна, сгоревшая в мешке, — это не просто гора мёртвого мяса. Это гарнизон. Мой гарнизон — безумно жестокий, но крайне послушный и безмолвный. Тот самый козырь в рукаве, который должен быть у каждого умелого шулера и о котором не узнает никто, пока не станет слишком поздно об этом жалеть.

Я работал, и ядро моё работало со мной. Здесь, в глубине разлома, чёрное солнце пило из воздуха жадно и часто — изнанка кормила его щедрее любого ядра твари, и даже ожог, всё ещё нывший в каналах, не мог испортить этого пира. К вечеру ядро поднялось до трети, и это несмотря на то, что большая часть энергии уходила на лечение каналов и незаметное укрепление Алисы. К утру, прикидывал я, дотянет до половины. А если завтра в мешке разом сгорит волна… Массовая смерть — это не струйка, это водопад. Одна хорошая жатва — и моё солнце нальётся под самый край. И плевать, что мне придётся тратить прорву энергии на удержание сдохшей волны. Ведь именно она даст нам шанс на победу. Повелитель духов не самый опасный в бою один на один, но если ты дашь ему подготовиться, то победа окажется за ним.

Небо любит шутить, ведь завтра все участники будут слабеть с каждой волной. И только я, наоборот, стану сильнее.

Изменённое солнце изнанки окончательно зашло, и на наш лагерь опустилась местная ночь. Сегодня я полностью взял бразды правления над нашим отрядом, и никто сильно не возражал. Словно я снова оказался в армии Небесной Империи в чине офицера. Пришлось вспоминать, как работает караульная служба, учитывать, что ребятам надо больше отдыхать и не стоит полагаться на обещания, что волна будет только завтра в полдень. Тварь-разведчик уже показал, что тут всё не так просто, и я отправил Лину спать первой, а потом присел у ниши, где Дэмион как раз устраивался на своём посту при Алисе — так, будто этот пост ему кто-то официально выдал.

— Продолжим урок, Кросс. Буквально пять минут. Повтори, что уже показывал.

Он кивнул и вытянул руку. Дверь в его погреб приоткрылась уже почти без скрипа: тьма выползла на ладонь ровной струйкой, повисела, послушная, и по моему кивку втянулась обратно. Второй раз он проделал это сам, без команды, и только желваки на скулах выдавали цену этой ровности.

— Хорошо. Завтра сделаешь то же самое, но задача будет сложнее, ты и так используешь тьму, чтобы усилить своё копьё. — Я взял его запястье и повернул воображаемое древко. — Теперь всё лезвие должно покрыться этой голодной тьмой.

— Как ты различаешь обычную тьму и эту, голодную? — Он внимательно смотрел на меня.

— Никак. Они есть одно целое. Подобное может произойти с любой стихией. У тебя произошло с тьмой, и теперь она всегда будет голодной. У тебя крепкая воля, и ты можешь превратить эту тьму в послушного пса, который жрёт лишь по команде. Всё, что тебе нужно сделать завтра, это открыть дверь и выпустить малую часть на лезвие, а потом сразу закрыть дверь. Понял?