Книга За час до взрыва, страница 70 – Александр Тамоников

Уваров не упал. Он использовал инерцию, сделав шаг вперед, уперев автомат в дверной косяк. Его мозг, выйдя из шокового состояния, включил цикл НОРД заново.

Наблюдение. Три противника в зале с противоположной стороны (примерно в двадцати метрах). двое на полу, один на коленях, дезориентированы. Акулов с пленным (в десяти метрах). живы, в укрытии у стены, пленный – офицер, выглядит раненым.

Ориентация. Взрыв произошел снаружи. Скорее всего, это мины внешнего контура, которые Волна не смогла обнаружить. Значит, состояние шлюза и обстановка на поверхности – под вопросом. Тактическая ситуация здесь, внутри, изменилась: обстоятельство неожиданности и дезориентации противника дает шанс для немедленной атаки. Огонь нужно открывать первым, пока враг не пришел в себя. Приоритет – вооруженный противник.

Решение. Ликвидировать угрозу. Атаковать троих немцев сбоку. Использовать замешательство. Координировать действия с Акуловым зрительно.

Действие. Он прицелился в немца, который первым начал подниматься с колен, и нажал на спуск. Короткая, контролируемая очередь из трех патронов прошила полумрак. Трассирующие пули, ярко-красные в пыльном воздухе, ударили в цель. Первая отрикошетила от бетонного пола, вторая и третья вошли в корпус. Немец дернулся, свалился набок, его автомат загремел по полу.

Двое других очнулись мгновенно. Дисциплина пересилила шоковое состояние. Тот, что был ближе, не пытался встать, а перекатился за угол выступающей колонны, откуда тут же открыл ответный огонь наугад, длинной очередью. Пули прошили воздух над головой Уварова, ударив в стену за его спиной осколками штукатурки. Второй немец, пригнувшись, рванул в сторону ближайшей двери, пытаясь занять укрытие.

Из темноты у стены блеснула вспышка. Резкий, отрывистый хлопок. Пуля из «вальтера» РРК, который держал Акулов, попала бегущему немцу в ногу. Тот споткнулся, упал. Это была не смертельная рана, но она выводила его из боя на критические секунды.

Уваров воспользовался паузой, сменил положение. Он отскочил от косяка и двинулся вдоль стены короткими перебежками, сокращая расстояние. Его взгляд на мгновение встретился со взглядом Акулова. Никаких слов. Кивок. Координация действий была установлена на уровне инстинкта. Акулов прикрывает, Уваров сближается и добивает.

Немец за колонной попытался сменить магазин. Звякнул пустой магазин, упал на пол. Лязг затвора – новый магазин вставлен. Но эти две секунды стали для него роковыми.

Уваров был уже в десяти метрах. Он не стал стрелять с ходу. Пригнувшись, он сделал последний рывок, выйдя из зоны поражения из-за колонны. Немец только-только поднял ствол. Уваров ударил его прикладом МР‐40 снизу вверх, по руке, держащей оружие. Кость хрустнула. Автомат вырвался из пальцев. Прежде чем противник вскрикнул, Уваров нанес второй удар – уже дульным срезом в каску. Немец осел, потеряв сознание.

Он развернулся. Второй раненый немец уже поднял свой МР‐40, пытаясь прицелиться в Акулова. Уваров выстрелил ему в грудь с трех метров. Очередь из пяти патронов. Тело отшвырнуло назад.

Тишина. Гулкая, послебоевая. Ее нарушал только нарастающий рев сирен где-то в глубине комплекса, далекие звуки обрушения и тяжелое, хриплое дыхание Акулова.

Уваров подошел к нему, быстро оценив состояние. Бледное, осунувшееся лицо, неестественно блестящие глаза. Самодельный жгут на левом плече пропитан кровью, но держит. Жилу не перебило, иначе бы истек кровью. На боку гидрокостюма – темное пятно от удара пули, но сама бронепластина цела, видна вмятина. Контузия, потеря крови, но в строю.