Книга Пятнадцать лет молчания, страница 32 – Сергей Иванович Зверев

— Майор! — Голос Смирнова, обычно уверенный, теперь звучал устало и растерянно. — Я… я не понимаю. Спутниковый навигатор показывает одно. Магнитный компас — другое. Инерциальная система — третье. Расхождение нарастает. Мы уже должны были выйти к «Цели-7» шесть часов назад. Но на радаре ничего нет.

Калинов подошел к его консоли. На трех мониторах одновременно отображались три разные карты их местоположения. Расхождение между показаниями достигло уже двадцати километров.

— Помехи? — спросил он, хотя уже знал ответ на свой вопрос.

— Нет. Это не помехи. Это… целенаправленное искажение. Кто-то активно вмешивается в работу всех наших навигационных систем. Одновременно. Спутниковый сигнал ГЛОНАСС ретранслируется с ошибкой. Геомагнитное поле в районе искусственно возмущено. Даже инерциальные системы, которые не зависят от внешних источников, показывают сбой. Это технически невозможно для обычных средств РЭБ.

— ШУ-9, — тихо сказал Калинов. — Он использует «изделие». Не для связи. Для дезориентации. Он создал вокруг себя зону неопределенности. Слепое пятно.

— Но как? Для такого уровня воздействия нужны колоссальные мощности! И… и понимание принципов работы наших систем на уровне создателей.

— Он и есть один из создателей, — напомнил Калинов. — Он знает все лазейки. Все уязвимости. Он не глушит сигнал. Он его подменяет. Заставляет наши системы лгать нам.

Он отошел от консоли и подошел к смотровому иллюминатору. Снаружи была все та же белая мгла. Бескрайняя, однородная, без единого ориентира. Их высокотехнологичное снаряжение, их продвинутое оружие, их бронированные машины — все это оказалось бесполезным в условиях, когда самый базовый инструмент — знание того, где ты находишься, — был отнят.

— Анализ ситуации и инвентаризация ресурсов. Группа, сбор у карты, — приказал Калинов. — Мороз, доложи состояние машин и запасов.

Они собрались вокруг тактического планшета с бумажной картой региона — единственным источником, на который пока не влияли помехи. Дятлов, с осунувшимся от бессонных ночей лицом, разложил свой технический журнал.

— Головной «Вепрь». Система отопления салона работает на сорок процентов от номинала. Расход дизеля на обогрев увеличен на шестьдесят процентов. Запас хода по топливу сократился до ста пятидесяти километров. Второй «Вепрь». Утечка топлива локализована, но остаточная потеря составляет около литра в час. Запас хода — не более двухсот километров. Общий запас провизии — на десять суток при жесткой экономии. Запас химических грелок и элементов питания для обогревающей одежды — на трое суток.

— Оружие и снаряжение, — кивнул Калинов Воронову.

Снайпер, всегда немногословный, был краток и точен:

— Стрелковое оружие в норме. Смазка заменена на арктическую. Пробные выстрелы — без нареканий. Проблема с оптикой. Прицелы и коллиматоры запотевают при резкой смене температуры. Требуется постоянная протирка. Аккумуляторы тактических фонарей садятся на тридцать процентов быстрее расчетной емкости. Комплекты РЭБ неработоспособны после последнего применения.

— Связь и навигация, — перевел взгляд на Смирнова Калинов.

— Спутниковая связь недоступна. Сигнал либо глушится, либо мы получаем ложные координаты. УКВ-рации работают на дистанции не более пятисот метров. Квантовый коммуникатор «Кубит-3» требует для работы стабильной платформы и двадцати минут на установку соединения. В движении неприменим. Все цифровые карты ненадежны.