Книга Пятнадцать лет молчания, страница 77 – Сергей Иванович Зверев

— Связь. Последняя проверка, — тихо, но отчетливо сказал Калинов, поднося руку к шлему; его пальцы нашли знакомую кнопку на микрофоне.

— Цифра. Канал «Молчание» активен. Помехи — девяносто пять процентов. Связь с Байкалом и тылом полностью прервана, — немедленно, четко доложил Смирнов, его голос слегка дребезжал от напряжения. — Мы в эфире одни. Полная автономия.

— Понял… — Калинов перевел дух, ощущая, как холодный воздух обжигает легкие. Пять минут истекли. Призрачное время ожидания закончилось. — Готовим заряд. КЗ-12. «Шмель».

Воронов, не говоря ни слова, без лишних движений снял с разгрузки компактный, но мощный кумулятивный заряд КЗ-12 «Шмель». В его огромных, но на удивление ловких руках пластиковая, обтекаемая коробка с липучкой выглядела неправдоподобно маленькой и хрупкой для задачи пробития бронированной двери командного пункта. Но Калинов знал: «Шмель» был способен на это. При детонации он создавал тонкий, сверхзвуковой, направленный поток расплавленного металла и продуктов взрыва, прожигая сталь как масло и концентрируя всю свою чудовищную энергию в точке диаметром с карандаш.

Они двинулись вперед, к светящемуся прямоугольнику двери; их шаги, теперь легкие, упругие и абсолютно бесшумные, терялись в оглушительном, всепоглощающем гуле механизмов. По мере приближения Калинов разглядывал детали, впитывая информацию. Массивная стальная дверь, покрытая толстым слоем промышленной пыли и рыжеватыми потеками ржавчины, но явно находящаяся в рабочем состоянии, с хорошо смазанными массивными петлями. Она была приоткрыта на считаные миллиметры, образуя тонкую темную щель. И именно в этой щели, на уровне глаз, горел маленький, но яркий светодиодный экран. На его матовой поверхности горели ровные, безэмоциональные зеленые буквы, складывающиеся в простую и оттого жуткую фразу:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ИГНАТ. ЖДАЛ.

Сообщение Захарова. Оно висело там, безобидное с виду, но несущее в себе тонну психологического давления. Он не просто знал об их приближении. Он ждал. Сознательно. Целенаправленно. И теперь приглашал внутрь, как хозяин, уверенный в своей силе.

Калинов проигнорировал текст, отсек эту попытку психологической атаки. Эмоции сейчас были смертельной роскошью, помехой сродни лишнему килограмму снаряжения.

— Установить. На петли и замок. Точечное воздействие, — приказал он Воронову.

Байкал молча кивнул. Его большие, но невероятно ловкие пальцы сняли защитную пленку с липучки на корпусе заряда. Он приложил «Шмель» к верхнему стыку между дверным полотном и массивной стальной рамой, аккуратно разместив его так, чтобы кумулятивная струя пришлась точно на место крепления мощнейших петель и на область встроенного замкового механизма. Заряд надежно прилип к холодной стали, став темным невыразительным наростом на поверхности брони.

— Готово. Взводится по таймеру, — коротко доложил Воронов, отходя от двери и снимая с пояса компактный блок дистанционного подрыва.

Группа отступила на несколько шагов назад, вглубь тени, прижимаясь спинами к шершавому ледяному бетону. Калинов присел на корточки, приняв устойчивую позу; его плечо уперлось в стену. Смирнов и Воронов синхронно сделали то же самое, образовав плотную группу. Весь мир для них сузился до этого короткого коридора, до этой роковой двери, до этого маленького пластикового короба с взрывчаткой внутри.