Книга Дневник убитой женщины, страница 37 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Дворник и правда ничего не собирался скрывать:

— Так Наталья прибежала и поварихам рассказала, что в номере ее нашли. Голова разбита. Я носил мусор, все слышал. Она жаловалась, что главный врач ее уволить хочет. Она виновата, не уследила, она же дежурная по санаторию ночью была.

— А кто, кроме Ксении, утром приходил из горничных? — Лев жадно расспрашивал дворника.

— Никто. — Тот говорил монотонно, в такт своим движениям. — У Ирины внук болеет, она утром не может. Приедет на автобусе в половину второго. Руфина руку сломала на прошлой неделе, на лестнице оступилась.

— А вы утром видели…

Договорить опер не успел. Двери главного входа вдруг распахнулись, и тот самый майор вывел под локоток на крыльцо женщину лет тридцати. Она громко возмущалась, но сопротивления не оказывала.

Майор же с серьезным и деловитым видом убеждал ее: «Гражданочка, идемте, приедем в отдел — там во всем разберемся. Не виноваты — значит, отпустим».

Рядом суетился Шишкин.

— А может быть, в наручники ее? Ну, как убийцу?

— Ни в коем случае, — резко сказал майор. — Во-первых, она у нас в статусе задержанной по подозрению, во-вторых, сопротивления не оказывает.

Гуров нахмурился. Он не понял, что происходит, и шагнул к майору и задержанной.

Не успел он сделать и двух шагов, как из густых зеленых зарослей у ворот вылетело лохматое бурое существо. Огромная дворняга с глухим рыком пробежала по дорожке и кинулась на майора, сомкнув челюсти на штанине его форменных брюк.

— Ах ты! — взревел от неожиданности и боли Сойгородов. Он отпустил женскую руку и попытался отпихнуть собаку.

Женщина вскрикнула — коротко, пронзительно, отчаянно:

— Не надо, прошу! Не трогайте собаку, она просто меня защищает!

Лев Гуров навалился на взъерошенную рычащую дворнягу, прижав ее к земле своим телом. Собака, осатанев от ярости, попыталась укусить и его. Но Гуров, удерживая ее голову ладонью, глядя в глаза, коротко скомандовал сквозь зубы:

— Тихо! Свои!

Собака выпустила штанину и забилась под ним, дрожа всем телом. В этот момент майор, красный от злости и испуга, вцепился в женщину и снова повлек ее за ворот к машине.

Над сыщиком склонился Шишкин:

— Товарищ подполковник, вы не ранены? Она вас не укусила?

— Кого вы задержали? Что происходит? — просипел Лев, все еще сжимая руки на дергающемся и утробно рычащем животном.

— Это Лаптева, горничная. Задержали по подозрению в убийстве, мы ее забираем в отделение.

Дверца захлопнулась, двигатель загудел. Майор заревел из машины:

— Лейтенант, давай быстрее, работать надо!

Следователь бросился бежать со всех ног к служебному автомобилю.

Лев приподнялся, но стоило ему убрать руки, как дворняга вскочила на ноги и метнулась серой стрелой за уезжающей машиной. Несколько секунд — и она исчезла в облаке пыли, выпущенном «уазиком».

Полковник Гуров тоже встал на ноги, отряхнул пыльные джинсы. С крыльца на него с любопытством смотрели постояльцы пансионата во главе с довольной администраторшей. Она кинулась к оперу, подхватила его под локоть.

— Представляете, задержали убийцу! Горничную нашу, Лаптеву! Я вас искала, не нашла. Потом пришел этот мордатый, он тоже из полиции. Представляете, я была права. Это она!

Женщина оглянулась на гостей, которые с любопытством смотрели из окон и с крыльца за разыгравшейся сценой, взмахнула на них рукой, натянув свою самую лучезарную улыбку.