Онлайн книга «Дом стыда»
|
— Хорошо, – медленно произнесла мама. Даже обращаясь ко мне, она по-прежнему выкладывала на стену новые кирпичи, покрепче прижимая их к раствору, который мгновенно застывал до каменного состояния. – Если у тебя нет парня, как ты умудрилась забеременеть? Сердце у меня запрыгало, как всегда делает, когда становится страшно. Я понятия не имела, как забеременела. Я в то время вообще не знала, как беременеют. Поэтому просто сидела с дурацким видом и молчала. — Собираешься помалкивать? Он взял с тебя обещание, что ты никому ничего не скажешь? Чтобы выйти сухим из воды? Мне приходится всем врать о твоем местонахождении и занятиях, в то время как ты, как маленькая шалава, прячешься у себя в комнате! Бог знает, что мы будем делать, когда этот ребенок появится на свет… Послушай, девочка моя, забудь обещания, которые ты ему давала. Слова матери вертелись у меня в уме, вызывая растерянность. На этот раз были зашиты мои губы. — Какого черта! – воскликнула мама. – Почему ты не говоришь, кто он? Я поняла, что настало время признаться. Мне было непонятно, почему все на меня так ополчились. Поэтому я со скрипом выдавила из себя три слова, комкая лежащее у меня на коленях атласное платье: — Я не знаю. В душе я с облегчением вздохнула оттого, что мне не пришлось упоминать о мистере Уайтхолле. Глаза матери сузились. — Ты не знаешь, кто отец ребенка? Ох, какого черта! – Ее взгляд остановился на моих руках. – И прекрати, ради бога, портить платье. Я перестала теребить ткань, но по-прежнему не решалась посмотреть на мать. Кирпичная стена стала еще выше. — Я сдаюсь, – сказала она. – Сама заварила кашу, сама и расхлебывай. – И швейная машинка снова застрекотала. Тр-р-р-р… Тр-р-р-р… Тр-р-р-р… Час за часом. День за днем. Все это время мать сидела по другую сторону кирпичной стены, безмолвная, как комок сырой глины. А я непрерывно думала, что меня ждет в будущем. Мэрилин 1961 год Мэрилин вышла из парадной двери Хэрроуфорд-Холла, ступила на гравий и, ориентируясь на большие темные силуэты кустов, окружающие фонтан, добралась до прямой части дорожки, ведущей к дороге. И к свободе. С каждым шагом, однако, ее охватывала все бо́льшая тревога. Что-то здесь было не так. Слишком уж все просто. Пологий подъем давал о себе знать, как и натирающие ноги резиновые сапоги, но всякий раз, когда ей хотелось сделать передышку, всякий раз, когда она думала, не лучше ли вернуться в спальню и прачечную, потому что найти в темноте дорогу в Хоршем и приобрести билет без денег не представлялось возможным, Мэрилин вспоминала удар палкой по плечу и раздавленную руку Норы. Впереди возникли массивные кованые ворота с круглыми фонарями на кирпичных стойках. Еще двадцать-тридцать шагов, и она выйдет на дорогу, вдохнет другой воздух – и тогда решит, в какую сторону свернуть. Мэрилин ускорила шаг, взялась за ворота в центральной части, где сходились створки, и нажала. Они с громким скрежетом сдвинулись на сантиметр. Мэрилин опустила глаза и в слабом свете увидела, что воротам не дает открыться щеколда с цепью и висячим замком, делающая препятствие непреодолимым. Рыча от отчаяния, она подергала створки туда-сюда. Ворота были по меньшей мере в два раза выше ее. Промежутки между прутьями составляли не больше семи-восьми сантиметров – ни пролезть между ними, ни перелезть через верх невозможно. |