Онлайн книга «Молчаливая слушательница»
|
Убедившись, что змееныш больше ничего не сможет сделать, девочка отшвырнула мотыгу, села на землю и зарыдала в голос от гадливости и облегчения. Проплакала долго – и вдруг вспомнила про Венди. — Венди! Та лежала на мелководье лицом вниз. — Венди-и-и! Джой кинулась к ней, зашла в воду и, опустившись на колени, потрясла за плечо. Подняла голову в жаркое небо. — Помогите! На помощь! Никто их не слышал и не видел. — Помогите!!! – вновь закричала Джой. Закричала даже громче, чем вчера, когда отец стегал ее ремнем. Еще раз потрясла Венди, но ее голова лежала в воде, тяжелая, неподвижная. Джой попятилась. Почему Венди молчит? Она не могла умереть. Змеиный укус убивает очень-очень медленно. Правда? Сколько времени ушло на то, чтобы сбегать за мотыгой и прикончить змею? Пять минут? Десять? Зачем было потом сидеть и рыдать?! В голове загремели слова мистера Ларсена: «Если змея ужалит в руку или ногу, деточка, все с тобой будет хорошо – главное, не начинай носиться кругами, точно бык, который полгода коровы не видел. А вот если укусит в грудь…» — Веди-и-и, Венди-и-и!!! Венди лежала тихо, не шевелясь. Джой вновь потрясла ее за плечо. — Идем, вставай, Венди. Мне надо домой. Пора варить картошку. Она перевернула Венди на спину – до чего же маленькая и легкая! – и села рядом на землю. Что делать? Джой уронила голову на грудь, крепко зажмурилась от страха и отчаяния, услышала свист воздуха над своим обнаженным телом, свист отцовского ремня, рвущего и терзающего кожу. В перерывах между стонами и всхлипами она мечтала об одном: пусть бы Венди, с ее куклами и молочными коктейлями, никогда не существовало, пусть бы умер отец, а не Венди. Что он сделает с Джой, когда узнает, что та не уберегла Венди от змеиного укуса? Да еще позволила ей умереть… Ответ известен. Отец будет пороть ее, пока она не станет корчащейся грудой мяса и крови – как изувеченный змееныш; пока из живота не вырвутся черные липкие угри, не накинутся с жадностью на розово-красное месиво, звавшееся когда-то Джой Хендерсон. Потом выбросит останки в мусорный бак, откуда она провалится в Ад. Отец уже убил Рут, превратил Марка в сгусток горчично-желтого страха, а теперь убьет и Джой. Она подвывала, ничего не видя из-за слез, и молилась. «Прошу, Господи, прошу, не дай Венди умереть. Прошу, прости меня. Прошу, Господи. Не допусти этого. Все произошло случайно, Господи, прошу. Ибо Твое есть царство, и сила, и слава во веки веков, прошу, Господи, прошу. Аминь, аминь, аминь…» Однако Джой знала – никто, даже Бог, не услышит ни ее рыданий, ни ее молитв. И тут в ушах раздался шепот Рут: «Венди уже не спасти, но ты можешь спасти себя. Не надо никому рассказывать. Это был просто несчастный случай. Помнишь, что говорила мама? Умолчать – не значит солгать». Джой перестала всхлипывать, подняла голову. Сглотнув, кивнула Рут. «Отец убьет тебя, если расскажешь. Получится, что он убил нас обеих». Вот так, прислушиваясь к тихим подсказкам Рут, Джой Хендерсон затолкала худое маленькое тело Венди Боскомб назад в бочку. Положила внутрь большой камень, закрыла крышку и защелкнула пять скоб, одну за другой. Слезы не утихали. Джой толкнула бочку. Та оказалась тяжелой, увязла в густом иле, и Джой не хватило сил в дрожащих руках. Она вспомнила, как открыла дверь под домом после подслушанного разговора мистера Ларсена с Берил. Села за бочкой и пнула ее, хотя спину обожгло мучительной болью. Бочка немного продвинулась, камень внутри загремел. Джой толкнула еще. Еще. Наконец бочка скатилась с грязной отмели. Плюхнулась в воду, и несколько жутких секунд казалось – сейчас просто поплывет, камень недостаточно тяжелый, или уплотнитель крышки водонепроницаемый, или в бочке нет дыр… Однако та медленно, а затем быстрее начала тонуть. Значит, дыра есть, снизу, и бочка наполняется водой. |