Книга Свитки со старого чердака, страница 1 – Анна Гале, Мария Борисова

Авторы: Анна Гале, Мария Костылева

Гусляра на свадьбу позвали самого лучшего. Пальцы его так умело перебирали струны, что среди гостей даже прокатился шепоток: не слишком ли хорошо играет музыкант, не колдун ли?.. В городе не терпели чародеев.

По древнему обычаю празднество началось танцем детей. Кто постарше — кружились парами, весело топча траву грубыми башмаками, самые маленькие смешно переваливались с ноги на ногу и размахивали ручками.

Когда танец закончился, детишек отправили со двора. Не дело это — малышам на свадьбу смотреть.

— Ой да молодец с раскрасавицей… — басом запел дед невесты.

Гусляр ударил по струнам.

— Ой да долго жить будут, жить! — громогласно подхватили изрядно подвыпившие гости.

Ветки дубов, под которыми расположился длинный свадебный стол, дрогнули, и на скатерть упала горстка желудей.

— К счастью! — звонко крикнула мать невесты, раскрасневшаяся женщина с узенькими глазками.

Гости рассмеялись и подняли кубки за счастье заезжего купца Калига и хрупкой светловолосой Арославы. Допевать песню никто не стал. Каждый кубок, осушенный за здравие молодых, следовало заесть получше да повкуснее, чтобы добрые пожелания наверняка сбылись. Соседи и уважаемые горожане, которых Маулех, отец невесты, пригласил на праздник (а было их человек сорок, не меньше!) старались вовсю. Стол был великолепен, не каждый сможет предложить столько угощений на свадьбе любимой дочери. Маулех, в общем, тоже смог с трудом — торговля в его лавке не особенно ладилась — но пусть кто попробует сказать, будто он важных гостей, как следует, не накормит!

Свадьба дочери была для него большой удачей. Торговые дела у жениха шли настолько хорошо, что он даже в заморские страны товары перевозил и, как говорили, купил для этого целый корабль. Маулех отдал за купца любимую дочь, и теперь зять будет переправлять его товары в дальние города.

Арослава, мягкая, кроткая, с лучезарными синими глазами, полюбилась Калигу с первого взгляда. Девушка, подчинившаяся воле отца, старалась улыбаться жениху ласково, да только тоскливо было у неё на сердце. Не люб ей был Калиг — человек с некрасивым, обветренным лицом, с цепким взглядом, присущим торговому люду, и лёгкой сединой в чёрных волосах. Да и горько было думать о том, что заберёт её этот чужак от любимых родителей, из родного дома…

Подвыпивший Маулех с гордостью смотрел на дочку — вон какая красавица выросла! Даже слезу скупую пустил, когда произносил застольную речь. Растрогалась Арослава — ведь и не подозревала, что такой чувствительный у неё отец! И ещё тоскливее стало, захотелось обнять его, сказать что-нибудь ласковое… Да только не дело это — родителей на собственной свадьбе утешать. Поэтому она и молчала: слушала вполуха, как рассказывают весёлые истории гости, и смотрела вдаль, где кружило над скалами пернатое племя…

Проследил Калиг за ее взглядом, прищурился.

— Видел стаю врагов человеческих? — Маулех хлопнул зятя по плечу. — Скот терзают, несколько домов у скал разрушили, людей тамошних перебили! Умные птицы — дьявольские создания, не иначе. Ловушки облетают, от охотников уходят, затеряются среди скал — и ищи-свищи! Кто из людей туда забредет — назад не вернется. На скалы теперича только всем городом пойти можно. Завелись твари на проклятом месте…